Адвокат: эксперты подтвердили признаки монтажа на видеозаписи в кабинете Чеботаря

1150

Дело “рюкзаки Авакова”, которое должно было стать одним из самых громких дел прошлого года, потихоньку начинает буксовать.

Неоднократно источники в НАБУ сообщали через СМИ, что вот-вот расследование закончат и дело передадут в суд. Однако официальных сообщений антикоррупционных структур по этому поводу мы не нашли. С просьбой разъяснить ситуацию с расследованием дела, и по возможности ознакомить наших читателей с позицией защиты, мы обратились к Игорю Юдину, адвокату бывшего заместителя министра внутренних дел Сергея Чеботаря, одного из фигурантов дела.

— Игорь Васильевич, резонансное “дело рюкзаков Авакова” оказалась и не таким уж резонансным? Так бодро все начиналось, а дальше что?

— В первую очередь, хочу отметить, что в моей компетенции говорить о деле исключительно в разрезе моего клиента, это бывший замминистра внутренних дел Сергей Чеботарь. Все что касается его персоны, говорю однозначно: мы имеем абсолютно заказное дело, где отсутствует даже не вина Чеботаря — отсутствует само событие, которое пытается расследовать НАБУ. К сожалению, я, в отличие от детективов НАБУ, не могу разглашать тайну досудебного следствия, но об очень слабой позиции стороны обвинения свидетельствует, в первую очередь, медийная гиперактивность наших уважаемых антикоррупционеров, готовых для формирования общественного мнения нарушать и закон и права человека.

 — Подождите, вы говорите об отсутствии события, а как же видео из кабинета Чеботаря, которое с таким вдохновением распространяло НАБУ?

 — Вот здесь кроется одни из интересных моментов этого, так называемого “дела”. А ответ прост: мы уже консультировались со специалистами, которые утверждают, что с технической точки зрения эта видеозапись содержит признаки монтажа. А теперь другое: каким образом, это так называемое “доказательство” из материалов уголовного производства попало в сеть Интернет? И снова все безгранично просто: таким образом, происходит определенная легализация сфабрикованного ”доказательства”.

Если же брать по сути, то на самом деле эта видеозапись, с моей точки зрения, вообще не имеет значения для дела. Фактически, с помощью этой фальсифицированной видеозаписи сторона обвинения пытается привязать подозреваемых к событию, которого не было. Я имею в виду, что во время проведения процедуры закупки этих рюкзаков не было никаких нарушений, что установлено решением суда, которое действует в настоящее время. Сторона обвинения признает, что поставка состоялась в полном объеме, более того, оплата была проведена только после поставки. Рюкзаки до сих пор используются личным составом Национальной полиции и Национальной гвардии. Никаких замечаний по качеству со стороны правоохранителей нет.

 — Вы сейчас говорите исключительно как заинтересованное лицо, ведь никто не говорил, что рюкзаки плохие, речь шла о завышенной цене и злоупотреблениях. Причем на немаленькую сумму бюджетных средств.

 — Я никоим образом не скрываю, что заинтересованное лицо. Я адвокат и защищаю своего подзащитного, однако, если бы я не был уверен в своих словах, не соглашался бы на интервью с вами. Тем более кроме судебного решения еще есть акт КРУ, которым также не установлено никаких нарушений.

 — Однако детективы НАБУ говорили о других выводах экспертиз. Видели ли вы их результаты, если да, что там и будете ли их оспаривать?

 — К сожалению, наше НАБУ умеет только на сайте сообщения выкладывать и пресс-конференции собирать, а вот обеспечения норм УПК — явно не их сильная сторона. Возможно руководство НАБУ было так сильно загружено расследованием сложных уголовных производств, что не прочитало эти статьи Уголовного кодекса, но на официальном сайте НАБУ был размещен материал по этому уголовному производству, где Чеботарь С.И. указан как преступник, а в обоснование такого мнения авторов содержатся выдержки из материалов уголовного производства, в частности, информация о допросе директора ООО “Днипровенд”, допросы других свидетелей, знаменитая видеозапись, якобы сделанная в служебном кабинете Чеботаря, выводы экспертиз, что является разглашением данных досудебного расследования. При этом следует обратить внимание, что в материале содержатся данные по выводам экспертиз, которые не были предоставлены стороне защиты среди документов, обосновывающих подозрение, а в удовлетворении ходатайства защиты о предоставлении в соответствии с требованиями ст. 221 УПК Украины в возможности ознакомиться с материалами досудебного расследования детективом отказано в полном объеме. Таким образом, произошло разглашение данных, которые детектив относит к тайне следствия. По обжалованию, здесь также интересная история, чтобы обжаловать нужно официально получить эти результаты, а нам их никто не дает. Вот такие ребусы.

 — Говоря о нарушениях прав человека, вы имели в виду обнародования видеозаписи?

 — Обнародование видеозаписи, это нарушение немножко другого плана. Когда я говорил о правах человека, то имел в виду в первую очередь утверждение о виновности моего подзащитного, а также раскрытие тайны диагноза. Что касается первого: в соответствии с ч. 2 ст. 2 УК Украины лицо считается невиновным в совершении преступления пока его вина не будет доказана в законном порядке и установлена ​​обвинительным приговором суда, поэтому любые публичные обвинения в адрес человека до вступления обвинительного приговора суда в законную силу являются противоправными и позорят человека, унижают его честь и достоинство. Во-вторых, в соответствии с ч. 2 ст. 387 УК Украины разглашение данных досудебного следствия или дознания, совершенное судьей, прокурором, следователем, работником органа дознания, оперативно-розыскного органа независимо от того, принимало ли это лицо непосредственно участие в досудебном следствии или дознании, если огласке данные позорят человека, унижают его честь и достоинство, является уголовным правонарушением. Теперь переходим ко второму: вы заметили, что в медийном пространстве появилась информация не только о состоянии здоровья Сергея Чеботаря.

Отдельные СМИ не только смакуют болезни Чеботаря, но и ссылаются на конкретные обстоятельства, которые можно узнать только из материалов дела, например, названия и реквизиты медицинских учреждений, реквизиты медицинских документов, представленных стороной защиты в материалах дела. С учетом того, что с Чеботарем С.И. и его защитой никто из СМИ не общался, преимущественно в публикациях превратно подана и фактически искажена информация о позиции стороны защиты и мотивы, по которым суд отменил дополнительные обязанности Чеботарю в том числе и мотивы и основания, по которым суд вернул ему загранпаспорта. Я уже не говорю о том, что распространение информации о болезни человека и тяжелом состоянии здоровья человека является аморальным и крайне неэтичным. Пользуясь случаем обращаюсь ко всем журналистам не нарушайте закон, не идите на поводу у горе-пиарщиков от антикоррупционеров.

Мы на сегодняшний день считаем, что представители НАБУ просто используют СМИ с целью формирования общественного мнения о виновности фигурантов этого уголовного производства. Цель — осуществление в дальнейшем давления на суд со стороны общества для того, чтобы заставить суд приговорить Чеботаря и других подозреваемых в отсутствие доказательств, подтверждающих их вину.

 — Вы же должны понимать, что для журналистов погоня за информацией перекрывает все остальное, и это объективно. Имея эксклюзивную информацию журналист взвесит тайна следствия или эксклюзив, и реально, редко кто выберет сохранения тайны следствия. И это не проблема украинских медиа, это общая проблема. Здесь вопрос в другом: зачем НАБУ (которое должно точно знать и понимать реалии и ответственность) дает журналистам такую информацию, для чего орган, который должен выполнять закон, его сознательно нарушает?

 — Я частично уже ответил на этот вопрос — цель формирования общественного мнения с последующим воздействием на суд. А что касается журналистов, то посудите сами: в ходе задержания Чеботаря и проведения с ним первоочередных следственных действий стало понятно, что он нуждается в медицинской помощи. Конвой НАБУ вывез его в больницу, это было уже поздно вечером, во время выезда из НАБУ никаких журналистов рядом не было. Неожиданно представители прессы появились непосредственно в больнице. Откуда они узнали, когда и куда надо ехать? Безусловно, что информация ушла из НАБУ.

 — Для журналистов такая информация своего рода журналистская удача и, безусловно, что поедут и еще поблагодарят источники. Это наша работа и обижаться на журналистов нет необходимости. Вы ведь тоже можете получить доступ к СМИ. Давайте нам эксклюзивную информацию, и мы также будем ее публиковать.

 — Согласен, но должны быть какие-то этические и моральные нормы. По крайней мере у тех, кто сливает запрещенную информацию. Подумайте, что было бы с любым международным СМИ, которое опубликовало бы, без согласия лица, его диагноз? Правильно суды, компенсации, извинения и так далее.

 — Вы собираетесь подавать в суд на СМИ, которые распространили данную информацию? Возможно в первую очередь нужно подавать на источник, который сообщил эти данные?

 — На сегодняшний день, мы решаем этот вопрос. Один показательный процесс и я думаю эта позорная практика будет прекращена. Нельзя публично изображать из себя борцуна с коррупцией и поборника законности, а с другой стороны совершать противоправные действия. Это, знаете, как в том анекдоте про священника “… ты или крест сними, или белье надень”.