В прошлом году в СМИ разразился скандал относительно вакцины от полиомиелита, которую Украине предоставили западные партнеры в виде гуманитарной помощи. Полученные в мае препараты были заморожены, чтобы осенью, после того как дети пойдут в школы и детсады, провести массовую вакцинацию. Позже в прессе прозвучали обвинения в том, что якобы Украина не имела права повторно замораживать вакцину. В результате Минздраву пришлось начать вакцинацию препаратами из второй партии, к которой ни у кого на фармрынке не было претензий. Параллельно Минздрав начал проводить лабораторные исследования вакцины, которая была заморожена. О том, к каким результатам пришли специалисты, когда заработает объединенная Госслужба по лексредствам и контролю за наркотиками и начнутся закупки лекарств за средства госбюджета-2016 во второй части интервью рассказал министр здравоохранения Александр Квиташвили.

Правильно я понимаю, что в Минздраве до сих пор не занята вакансия заместителя министра по евроинтеграции?

Честно говоря, мы подавали кандидатуру на утверждение в Кабмин очень давно. Но, с другой стороны, у нас есть очень сильный департамент по международным отношениям. В результате все задачи, которые ставились перед Минздравом по принятию нормативных актов для введения безвизового режима с ЕС нами выполнены. Сейчас у нас нет необходимости в отдельном заместителе министра по евроинтеграции. Советующие вопросы успешно выполняет другой заместитель министра — Игорь Перегинец. Среди прочего он занимается реформой здравоохранения и международными отношениями. У нас до марта 2015 года был заместитель министра по евроинтеграции Юрий Савко. Потом он сам ушел на другую работу.

Задам другой более актуальный кадровый вопрос. Полтора года назад в Украине стартовала реформа государственных органов. В частности, постановлением правительства были ликвидированы Государственная служба по лекарственным средствам и Государственная служба по контролю за наркотиками. Вместо них должна была быть создана объединенная Госслужба по лексредствам и контролю за наркотиками. Однако сейчас органы и не ликвидированы и не созданы. Когда будет закончен этот процесс и назначен руководитель объединенного органа?

Недавно я подал в Кабмин представление, чтобы назначить руководителем нового органа Ирину Суворову. Она до этого работала заместителем председателя Гослекслужбы, а потом исполняющим обязанности. Она — хороший специалист.

В Украине в принципе необходимо менять процедуру ликвидации госорганов. Когда существующему председателю госоргана дается поручение ликвидировать собственную службу, то это нелогично, это затягивает процесс ликвидации. Можно было бы пойти по другому пути. К примеру, в случае с ликвидацией Государственной службой по вопросам противодействия ВИЧ-инфекции/СПИДу и другим социально опасным заболеваниям и частично Государственной санитарной-эпидемиологической службы их функции были переложены на Минздрав. Мы эти ликвидируемые органы просто ввели в структуру министерства.

В случае же с Гослекслужбой и Госслужбой по контролю за наркотиками мы столкнулись с несколькими проблемами. К примеру, с различием их функциональности, что затрудняло процедуру объединения этих ведомств. Один орган занимается лекарствами, субстанциями, а другой — контролем за наркотиками. Кроме того, не было совершенно нового человека, который бы пришел и занимался ликвидацией этих органов. Я думаю, что подход при ликвидации должен был быть проще.

Например, в Грузии мы ликвидировали какую-то службу просто — ликвидировалась служба, а ее функции передавались в различные министерства. При этом определялся какой-то срок, до которого все это должно было произойти, допустим, 1 марта. После этого все нормативные акты касательно работы старого органа отменялись.

Так до когда службы будут ликвидированы и взамен их создана новая?

До 1 апреля.

А когда Ирину Суворову Кабмин назначит на должность объединенной службы?

Не знаю. Последние три недели все были заняты отчетом правительства. Сейчас она проходит процедуру назначения — проверки и тому подобное.

Конкурс не устраивали на эту должность?

Нет. Когда мы в предыдущий раз устроили кадровый конкурс, то разразился скандал.

Поговорим о сотрудниках, которые уже работают в Минздраве. Как вы можете прокомментировать недавний допрос заместителя министра здравоохранения Игоря Перегинца в Генеральной прокуратуре?

Для этого необходимо рассказать немного истории. Как всем известно, полиомиелит является одним из самых опасных заболеваний. Его можно предотвратить только вакцинированием. До недавнего времени в Украине уровень вакцинации от полиомиелита составлял примерно 30%, что соответствует уровню африканских стран.

Таким низким показателем было сильно испугано международное сообщество. Поэтому в 2014 году еще до моего прихода на должность министра здравоохранения Украина обратилась к международному сообществу с просьбой о помощи. В ответ на это правительство Канады с помощью ЮНИСЕФ закупило 4,5-4,7 миллиона доз вакцины от полиомиелита французского производства компании Sanofi Pasteur.

Первая партия приехала в мае. Но начинать вакцинацию летом было неправильно, поскольку дети не ходят в школу и детсады, где наиболее эффективно проводить вакцинацию. Летом их очень трудно собрать в одном месте, они в постоянных разъездах. Поэтому приняли решение начать вакцинацию с сентября. Для этого вакцины были помещены на хранения на склад госпредприятия «Укрвакцина», где она была заморожена. Документация, которая пришла с вакцинами, не содержала запрет на заморозку. Но буквально через две недели на сайте «Медконтроль» появилась статья о том, что замороженная вакцина при ее использовании может убить. Эта статья послужила поводом для расследования МВД.

После этого расследования мы обратились к производителю Sanofi с просьбой разъяснить ситуацию. Они ответили нам, что замораживать можно хоть сто раз.

Но в украинской инструкции были ограничения на заморозку. Почему?

Никто не может разобраться, почему в инструкции указан запрет на заморозку. Увидев, какой оборот принимает ситуация, мы решили не использовать эту вакцину, а использовать для вакцинации ту, которая к нам должна была прийти второй партией в октябре. После того как она пришла, препарат сразу был разослан по областям и началась кампания по вакцинации. К этой партии вакцин ни у кого не было вопросов.

Вместе с тем буквально 10 дней назад «Государственный экспертный центр Минздрава», который занимается проверкой документов для регистрации лекарств, предоставил нам документ о том, что они сделали лабораторные исследования вакцины. А именно: получили материалы из главного офиса Sanofi, сравнили их с имеющимися вакцинами из первой партии и пришли к выводу, что замороженная вакцина нормальная и хорошая. То есть, то, что мы утверждали еще прошлым летом.

Какова судьба вакцины из первой партии?

Мы ее будем использовать при плановой вакцинации. Сейчас мы заканчиваем третий раунд внепланового вакцинирования от полиомиелита. Для этого хватит вакцины, которая к нам пришла осенью.

Что можете сказать про допрос?

В сентябре МВД проводило свое расследование. Почему сейчас Генпрокуратура начала новое расследование по вакцинам — я не знаю. Думаю, что мы покажем им выводы «Государственного экспертного центра» и они поймут, что мы не использовали вакцины до проведения лабораторного исследования.

Минздрав сейчас работает над двумя стратегическими документами -«Национальной лекарственной политикой» и «Концепцией реформирования финансирования здравоохранения». Если вы и дальше будет оставаться в должности министра, то какой документ для вас будет самым важным?

Сейчас для нас самое важное уйти от концепции финансирования больниц, исходя из количества коек. Это, конечно же, не умаляет и другие направление, ту же «Национальную лекарственную политику». Но если мы не будет менять принципы финансирования системы, то все остальное будет буксовать многие годы. Сейчас самое главное убрать государственную монополию в здравоохранении. По сути, сейчас государство само и продает эту услугу, и само оплачивает.

Мы хотим ввести два новых принципа. Во-первых, уйти от коечного принципа финансирования к принципу «деньги ходят за пациентом». Сейчас Минздрав получает на здравоохранение около 40 миллиардов гривен. То есть, государство тратит в год в среднем на здравоохранение одного украинца примерно 1000 гривен. Это мизерная цифра. Но ситуация ухудшается еще и тем, что украинцы не могут управлять расходованием этих цифр. По сути, чиновники, когда сами решают какую поликлинику или больницу финансировать, говорят, куда идти пациенту лечится.

Но если бы пациент сам мог управлять этой тысячью гривен, то они были бы потрачены с большей эффективностью. Другими словами, если медучреждение будет получать средства, исходя не из количества коек, а от числа оказанных услуг, уровень оказания помощи улучшится. Больницы и поликлиники, чтобы увеличить число оказанных медуслуг, будут стараться привлечь новых пациентов именно к себе, а не в соседнее медучреждение. Это можно сделать только повышением качества медуслуг.

Второй важный момент — государство не может гарантировать стопроцентную оплату всех медуслуг. В мире нет страны, которая может себе это позволить. Государство должно взять на себя нестраховые случаи — лечение СПИДа, туберкулеза, гепатита С, неотложную медпомощь, первичную медпомощь. Такие вещи должны быть гарантированы всем людям, несмотря на уровень дохода и статус пациента. Остальное все должно покрываться страховыми компаниями для чего люди должны покупать страховые полисы.

Люди, которые не могут себе позволить купить страховку, к примеру, те, кто живет на социальную помощь от государства, должны получать оплату страховки также от государства. Для них государство будет оплачивать весь пакет услуг через страховую компанию. Но по мере роста уровня дохода человека, государство может ограничивать размер своего участия в финансировании медуслуг, которые ему государство может гарантировать бесплатно. Чем больше ты зарабатываешь, тем государство меньше гарантирует человеку бесплатных медуслуг. Это называется социально ориентированное государство.

Как происходит сейчас — все деньги идут в копилку, всем все бесплатно, непонятно чего и кому не хватает. В результате мы убиваем тех людей, у которых нет денег, ведь фактически они не могут воспользоваться бесплатными медуслугами, поскольку кругом все равно надо доплачивают. И открываем дорогу для тех, у кого есть достаток. Таким образом, 49-ая статья Конституции не гарантирует доступ к бесплатной и качественной медицине для всех. Она гарантирует доступ к медицине для богатых и отстраняет бедных. А надо наоборот.

Скоро Украину посетит ваш коллега — бывший министр здравоохранения Грузии Сандро Урушадзе. Наверное, он не просто так приехал в Украину. Его прочат вместо вас на должность министра здравоохранения?

Нет. Он приехал в Украину еще в прошлом году по моему приглашению. Он работал консультантом от Всемирного банка. Он мне помогал разрабатывать пакет законопроектов об автономизации больниц. Сандро и я вместе работали в Грузии. Я был министром здравоохранения и социальной политики, а он был тогда директором фонда социальных программ. Мы вместе разрабатывали социальные программы, государственное медстрахование. Когда я ушел с поста министра, он пришел вместо меня. То есть, он продолжил то, что было начато до меня и мною продолжено. Он продолжил до победного конца. Так что он много чего знает.

Вместе с ним мы придумали интересную вещь. Из-за того, что нам не удалось пролоббировать законопроект об автономизации медучреждений через парламент на уровне всей страны, мы решили поддержать те области, которые заинтересованы начинать реформу здравоохранения у себя. В частности, этим заинтересовалась Кировоградская область. Недавно группа медиков и чиновников из этой области поехала в Грузию, встретилась там с Сандро Урушадзе, с другими экспертами, посмотрела, как работает страховая система, как государство финансирует здравоохранение. После этого было принято решение провести круглый стол в Кировограде с руководством области, туда приедет и Сандро, и я. Будем показывать, что можно сделать там.

Как же вы что-то сделаете в Кировоградской области без принятых законов?

Будем проводить реформу, используя финансовые ресурсы облсовета.

Но Сандро Урушадзе претендует на должность министра здравоохранения?

Это было бы интересно. В Грузии он пришел после меня.

Вы так и не ответили на вопрос…

Нет, не думаю, что он придет на должность министра здравоохранения Украины.

Правильно я понимаю, что 2016 год будет последним годом, когда Украина закупает лекарства через международные организации? Якобы, в следующем году будет создано агентство, которое будет само проводить закупки лекарств.

Нет. После того как в этом году 100% закупок лекарств будет отдано международным организациям я бы лично рекомендовал, чтобы закупки и в следующие три-пять лет проводились только через них. Даже если это будет только британское закупочное агентство Crown Agents, который закупает лекарства для многих стран, в том числе для Японии.

Почему вы говорите «только Crown Agents «? Две другие организации — ПРООН и ЮНИСЕФ, которые принимают участие по закупкам по программам 2015 года, отказались от сотрудничества с Украиной?

Нет. Но они не закупочные организации как Crown Agents. Они просто нам помогают с закупками.

Когда будут объявлены закупки на 2016 год?

На этой неделе я подпишу приказ о создании рабочей группы, которая начнет заниматься их подготовкой. В прошлом году мы прошли тернистый путь подготовки таких закупок. Теперь мы все знаем. Сейчас все будет проходить намного быстрее. В принципе в дальнейшем мы хотим передать функцию определения номенклатуры закупок от Минздрава специализированному агентству, которое будет закупать не только лекарства, но и услуги. Сейчас формируется такое агентство, хотим, чтобы агентство начало работать уже во втором половине этого года.

Мы говорим об агентстве, которое упоминается в проекте концепции финансирования здравоохранения?

Да. Но пока что это все в зародыше.

Автор материала: Дмитрий Уляницкий

  • Света

    О чем он шепчет? Те у кого есть деньги давно не суют нос в госполиклики и больницы и покупают страховку от частных крупных медфирм типа Инто Саны. Тысяча гривен на одного украинца в год ,это уровень медрасходов Габона .Качественного государственного медобслуживания в этой стране не будет при таких зарплатах у населения ,потому что в Европе население со своих зарплат платит налоги на медицину, пустой кошелек сколько не реформируй ,толку не будет, пока не положишь туда деньги.