После увольнения замминистра обороны Юрия Гусева глава Офиса реформ при МОУ Андрей Загороднюк остался едва ли не последним из большой команды энтузиастов, которые в разгар войны пришли менять украинскую армию, кто еще не разочаровался в этой идее.

Что только ни называли реформами в Министерстве обороны и кому только ни приписывали их выполнение: чаще всего волонтерам, устроившимся туда на официальную работу, и добровольцам, согласившимся работать на безоплатной основе в свободное время, и даже энтузиастам без всякого опыта и образования.

На самом же деле системные и структурные перемены в оборонном ведомстве генерирует Проектный офис реформ. Возглавляет его с момента основания опытный менеджер, председатель правления и совладелец завода «Металлист», бизнесмен с престижным западным образованием Андрей Загороднюк.

До того как замминистра Юрий Гусев пригласил его на эту работу, он всерьез задумывался об эмиграции, а после Майдана и помощи армии в качестве волонтера согласился попробовать изменить военную систему всей страны. Сам Гусев на днях не выдержал противостояния системы переменам и уволился, а его протеже все еще производит впечатление человека морально устойчивого, уравновешенного, доброжелательного, в виртуальных войнах не замеченного, интернет-истерик не устраивающего и, что главное, все еще уверенного, что перемены возможны и наступят. Но не сразу.

Об отставке Гусева «оставшийся по реформам» говорить отказался, зато ответил на самые распространенные вопросы о реформах и их отсутствии.

Кто все-таки занимается реформами в Министерстве обороны Украины?

В разработке реформ участвует огромное количество людей. Это и отдельные украинские волонтеры и специалисты, и сотрудники НАТО, Трастового фонда, Мультинационального координационного комитета, корпорации РЕНД и т.д. Само министерство разрабатывает Стратегический оборонный бюллетень, обозначающий основные направления и приоритеты реформ, а на уровне проектов их и реализовывает наш Проектный офис реформ.

Что такое Проектный офис реформ при МОУ?

Это консультативно-совещательный орган, созданный приказом министра обороны для работы над реализацией конкретных проектов. За время официального существования, то есть с весны 2015 года, мы запустили около 10 проектов по четырем направлениям: системе материального обеспечения, государственных закупок, медицины и по государственным предприятиям.

Наша текущая деятельность выглядит приблизительно так: мы берем, например, департамент госзакупок и приказом министра создаем рабочую группу, в которую входят специалисты из разных направлений, в том числе сотрудники МО, военные и независимые эксперты. Эта группа изучает ситуацию и разрабатывает новые принципы работы для этого департамента. Потом они предоставляются министру и аргументированно защищаются перед ним. В случае одобрения они начинают внедряться — не нами и без нашего участия. На практике мы убедились, что это лучшая из схем, которая работает.

Наша задача — контролировать стадии исполнения проекта, искать финансирование под проекты, помогать исполнителям на этапах, когда у них возникают любые сложности. Реформаторскую и текущую деятельность надо разделять, иначе происходит конфликт интересов. Для меня это принципиальный вопрос.

Можно сказать, что мы — это часть Волонтерского десанта, которая теперь работает на постоянной основе. Для системных изменений нужны экспертные знания. Проектный офис, если хотите, профессионализирует деятельность по реформам в украинской армии. Мы привлекаем экспертов, своих и международных, гражданских и военных, чтобы эти реформы проводились профессионально. Сейчас у нас работает около тридцати человек, которые разбиты на десять-двенадцать проектов. Некоторые из них прикомандированы к нам от самого министерства и зарплату получают там, остальные — гражданские, и получают зарплату из фонда, который организован частными лицами и собирает пожертвования за границей. Фонд раз в квартал проходит аудит у аудиторской компании из Большой четверки и работает официально, все его доноры знают, на что именно идут собранные средства. Но это тоже временное явление и мы активно работаем над тем, чтобы обеспечить себе более прогнозируемое и стабильное финансирование, сотрудничаем в этом плане с британцами и с НАТО, США. В будущем, надеюсь, нашу работу будет оплачивать наше государство.

Мы не являемся госслужащими, и это принципиальная позиция — очень сложно реформировать то, внутри чего ты находишься. Многие говорят о том, что стоит создать в самом министерстве департамент реформ и, получив полномочия, оттуда проводить изменения. Но никто не даст никакому департаменту менять всю систему. Наш офис реформ хоть и создан приказом министра, но является независимым органом, отдельной самостоятельной структурой.

Что можно причислить к сделанному вами?

Мы начали работу только в конце весны прошлого года, то есть нам меньше года всего-навсего, но мы уже разработали новые стандарты для питания военных и для автоматизации складов. Обе эти инициативы уже внедрены и успешно опробованы. Их уже можно распространять на всю армию. Наш медицинский пилотный проект также успешно себя показал на примере одного госпиталя.

Можно ли считать реформами то, что сейчас происходит в МОУ?

Безусловно. Реформа уже сейчас идет на всех трех необходимых уровнях, хоть ее и пока нельзя назвать комплексной, но мы этого никогда не скрывали. Некоторые сферы реформирование на данный момент не коснулось. Например, военное образование. Но нам нужно было начать именно с проектов уровню питания и формы, чтобы, в первую очередь, накормить и одеть солдат.

Делать системные реформы во время войны сложно, но необходимо, потому что иначе наша обороноспособность не вырастет, а именно это одна из наших главных задач.

Каков план по реформам на 2016 год?

Главная наша задача в новом году — объединение всех направлений реформ в одно под управлением Совета реформ. Сейчас у нас около десятка реформаторских инициатив при министерстве и Генштабе, а координации между ними никакой нет. Это очень неудобно. Так что сейчас для нас главный вопрос — разработать список основных направлений, мы насчитали их около 20 — 23, и скоординировать свою работу по ним. С этой целью сейчас готовится
Стратегический оборонный бюллетень — своего рода дорожная карта реформ в сфере обороны.

Кроме того, разумеется, наша цель масштабировать на всю украинскую армию наши успешные эксперименты с едой и электронным учетом товаров на складе. Они уже доказали свою эффективность в результате эксперимента и могут теперь применяться везде.

Что больше всего мешает реформам армии?

Бюрократия. 90% нашей работы уходит на борьбу с ней. Такого количества бюрократии я не мог себе даже представить. Каждый, чья подпись требуется под документом, может задержать процесс, может и вовсе остановить его. Недавно один наш сотрудник подсчитал, что для подписи одного совершенно проходного документа ему пришлось «находить» по территорию министерства 9 километров. Менять документооборот необходимо срочно, в этом году мы этим обязательно займемся.

Кроме того мешают непонятные отношения между ГШ И МОУ, дублирование функций между ними и даже какое-то необъяснимое соперничество.

Да и сотрудников достаточно квалифицированных часто просто не хватает. Ну просто потому, что нельзя привлечь специалиста на зарплату в 2000 гривен в месяц.

Но самое главное — нас пока что во всем поддерживает министр. Без его политической воли в любой случае никакие перемены невозможны.

Почему результаты реформ так малозаметны пока?

Потому что на действительно масштабные перемены необходимо время. А нам нужно поменять не только подходы и принципы, а само мышление, отношение к работе тех, от кого зависит результат. Это очень сложно, ведь оно формировалось десятилетиями. Многие сотрудники министерства обороны протестуют против нововведений даже не из-за страха лишиться коррупционной составляющей, а из-за банальной боязни перемен, лени, консерватизма. Это люди уровня начальников департаментов, начальников управления и заместителей. Мы тратим очень много времени на то, чтобы их убедить в необходимости работать иначе.

Типичный пример — разработка логистической доктрины по натовским стандартам. Мы работаем в этом направлении с разными структурными подразделениями Министерства обороны и каждый раз они выбрасывают оттуда все нетрадиционное, непривычное для них, новое и на выходе снова получается советский какой-то документ.

В этом году мы будем делать вещи, которые затронут очень многих, и ожидаем в связи с этим очень большое противостояние. Для того, чтобы его преодолеть, нам понадобится поддержка на всех уровнях. И министра, и всего правительства, и общества. Очень на нее рассчитываем.

Автор интервью: Анастасия Береза