Вышедший из фракции «Блок Петра Порошенко «Солидарность» и лишенный мандата народного депутата Егор Фирсов заявил, что хотел бы посмотреть в глаза новоиспеченному народному депутату и экс-коллеге про «УДАРу» Дмитрию Белоцерковцу.

Фирсов подчеркивает, что бывший соратник голосовал за лишение его мандата на съезде «БПП». Белоцерковец, в свою очередь, не комментирует свое голосование, отмечая только, что присутствовал на том съезде.

Политик заявляет, что просил Фирсова не подставлять его и забрать заявление о выходе из «БПП».

«Я очень хотел, чтобы Егор забрал свое заявление и не подставлял меня. Он это прекрасно знал», – отмечает Белоцерковец.

Себя и Александра Бригинца нардеп называет заложниками ситуации и говорит, что пока выступает сам по себе, ведь у него даже нет ни одного помощника. О том, что насторожило его в парламенте и как Кличко отпустил его из КГГА, Дмитрий Белоцерковец рассказал в интервью.

После решения съезда о лишении Егора Фирсова и Николая Томенко депутатских мандатов, Вы просили Фирсова отозвать заявление о выходе из фракции «Блока Петра Порошенко». Не хотели становиться нардепом?

Я очень сильно хотел, чтобы Егор забрал заявление, потому что мы с ним всегда находились в достаточно хороших отношениях.

Могу это подтвердить, например, тем, что многие его помощники, многие члены донецкого «УДАРа» работают на коммунальных предприятиях, которые, в том числе, курировал и я. Действительно, многие из них являются профессионалами.

Так вот, я очень хотел, чтобы Егор забрал свое заявление и не подставлял меня. Он это прекрасно знал. Он не раз слышал также от Юрия Луценко, что в этой ситуации, в его войне, мы выступаем заложниками.

Однако не стоит забывать, нас не включали в партийный список на основании того, что его будут оттуда исключать. Просто есть определенные обязательства, в том числе, как перед киевлянами, так и перед крымчанами, которые мне нужно отстаивать.

Вы подчеркивали, что в парламенте не хватает голоса Крыма. В Раде основной акцент своей работы направите на решение крымского вопроса?

Не только. Буду заниматься Киевом и Крымом.

Какие направления для Вас приоритетны?

Основным направлением я вижу ликвидацию тех недостатков законодательства, которые были замечены мной во время директорства Департамента благоустройства и сохранения природной среды. Первый законопроект я уже почти подготовил.

Самостоятельно?

Да.

Но Вы не юрист.

Тем не менее, учусь и пытаюсь.

Первое, с чем будет связан этот законопроект, это с внесением изменений в Административный кодекс, которые будут подразумевать упрощение процедуры штрафования юридических лиц.

К сожалению, на сегодняшний день в Киеве есть проблема. Почему нам иногда кажется, что уборка и работа коммунальных служб не очень эффективна? Во многом потому что, условно, за половину города отвечают частные лица. Если бы коммунальные службы убирали только свою территорию, порядка было бы намного больше.

В связи с тем, что нет ответственности юридических лиц, отвечающих за вторую половину города, коммунальным службам приходится распыляться и убирать, по сути, чужую территорию.

Это во многом связано с тем, что у города нет возможности выписывать штрафы – административный протокол. Если собственник не даст паспорт, на него невозможно выписать штраф.

Представим, что Вы – директор большого предприятия, у которого есть сто гектаров земли. Ваша территория находится в полном бардаке. Вы понимаете: зачем ее убирать, если максимум, что Вы можете получить, это штраф 1 700 гривень, и то, если добровольно дадите паспорт. То есть, гораздо дешевле ее не убирать.

Так вот, одна из основных задач, которые я вижу сейчас, это дать возможность составлять административные протоколы на юридические лица, которые содержат свою территорию в бардаке, заочно за счет фото-, видеофиксации и подписей свидетелей.

Пускай собственник потом на административной комиссии разбирается с тем, имел ли он право это делать. Помимо этого, на основании решения административной комиссии уже пусть налоговая взимает штраф с юридического лица.

Также я считаю, что необходимо дать полномочия полиции относительно возможности составления административных протоколов на физических лиц, которые, допустим, бросают окурок или мусор на пол.

Мы все знаем, что в любой цивилизованной стране, если ты бросишь окурок около полицейского, он подойдет и тебя оштрафует. У нас на сегодня это не работает.

Так вот, я считаю, что нужно дать полиции возможность и полномочия составлять админпротоколы. Пускай суммы штрафов будут небольшими – пятьдесят-сто гривень, но люди должны привыкать содержать собственную территорию в порядке.

Если мы будем чувствовать ответственность, что будем за это оштрафованы, то у нас генетически начнет вырабатываться порядок. Если бы в Германии не было серьезной системы штрафов, у них тоже был бы беспорядок.

Не все дело в том, что есть разница в менталитетах, не стоит обращать на это внимание. Есть разница в ответственности.

Какие инициативы касательно Крыма будете продвигать?

Я сейчас не комментирую Крым.

Давайте тогда вернемся к теме парламента. Как Вам сегодняшний день в Верховной Раде?

Очень много читаю и понимаю, что дальше будет только больше.

Читаете законы, регламент?

Все.

Насколько Вам комфортно в депутатском кресле?

Не знаю, аура какая-то специфическая и я сказал бы – негативная.

У Вас уже были конфликты в парламенте?

Нет. Откуда? Я даже чисто физически не мог их получить. Я разбирался в работе. Если вчера (во вторник, – ред.) я еще не понимал, за что голосуют, то сегодня (в среду, – ред.) уже сел и стал активно это изучать.

Ситуацию с Фирсовым Вы конфликтной не считаете?

Егор, судя по его заявлениям, считает конфликтной, он считает, что его где-либо, в чем-либо предали. А как Вы считаете, Егор со мной советовался, принимая какое-либо решение? Он не должен забывать, что не он включал меня в список.

По-хорошему, мы уже давным-давно должны были оказаться в парламенте, если бы не определенные обстоятельства, связанные с Кабмином. Если бы, в том числе, и под влиянием Егора, Кабинет министров гораздо раньше поменяли, не было бы такой ситуации.

Единственное, чего мне не очень хотелось, я очень надеялся все-таки, что он понимает, что в том числе подставляет и меня, а я считаю его другом. В этой ситуации мог бы, как минимум, посоветоваться и с мэром, и со мной.

Он не выходил на связь ни с Вами, ни с Виталием Кличко?

Я могу говорить о себе. Со мной у него почти не было никаких разговоров на эту тему, он никогда не высказывал свои позиции. У нас было абсолютно нормальное общение.

Вы предполагали, что во вторник в парламенте Фирсов устроит шоу с прорывом в сессионный зал?

Вы знаете, я Егора во многих вещах поддерживаю. Я считаю, что он действительно молодец. И Томенко, и Фирсов являются действительно эффективными депутатами.

Некоторые политические аналитики говорят, что Фирсов делал много громких заявлений, но на деле не писал законов.

Я сейчас не хочу судить о количестве поданных законопроектов. Я хочу сказать, что все произошедшее является, в том числе, их личной ответственностью. Они должны были понимать: если они идут на определенные шаги при той трактовке Конституции, которая есть, могут быть определенные действия со стороны фракции.

Конечно, я не могу сказать, что в нашем парламенте все происходит правильно. Возможно, то, о чем говорил Егор, как он и пробует сделать, должны расследовать соответствующие органы, но я хочу отметить, что делать заложниками и меня, и Бригинца, крайне неправильно и некорректно.

Мы, как-никак, через многое прошли вместе. Нужно понимать, что от диалога отказываться нельзя. Если бы я был на месте Егора, то в этой ситуации повел бы себя немножко иначе.

В свой первый парламентский рабочий день Вы говорили, что не будете молчать и будете активно высказывать свою позицию. В таком случае на месте Фирсова Вы можете оказаться достаточно быстро.

Если все дни такие будут, как вторник, то, наверное, я очень быстро окажусь на этом месте.

В таком случае Вы будете готовы сложить мандат?

Для меня это не является самоцелью. У меня есть определенные обязательства перед киевлянами и перед крымчанами, которые я постараюсь успеть реализовать достаточно быстро.

Я не буду молчать, я буду сразу говорить. Пока что я еще не совсем понимаю, что и где происходит. Мне очень тяжело судить о той работе, которая происходит внутри парламента.

Я сейчас не совсем понимаю эти все процессы, но я могу сказать одно. Я вчера (во вторник, – ред.) видел, как многие депутаты голосуют, даже не разобравшись, за что они голосуют. Я себе пообещал: если не буду знать, как голосовать, просто не буду голосовать.

Почему? Нужно понимать, что Украина как государство и законодательная база – это организм. Каждый законопроект, который вносится, по сути, меняет генетический код. На сегодня у нас есть генетический урод в законодательном плане. Это нужно признать.

Украина – это генетический урод в законодательном плане?

Да, в законодательном плане Украина – это генетический урод по причине количества принимаемых законопроектов. Они создали такого урода. Лучше принимать меньше решений, но качественных.

Мне показалось, что многие депутаты не разбираются, за что они голосуют. Это неправильно. Так же необходима межфракционная этика. Когда человек выступает с трибуны, мало кто в зале слушает. Такое ощущение, что все работают исключительно на камеру.

Так происходит уже несколько лет. Что Вас удивляет?

В экране все выглядит немного по-другому. Там же зал не так сильно видишь.

Есть депутаты, которые очень внимательно вчитываются в законопроекты, для которых это принципиально важно. Например, во вторник мне много подсказывали Оксана Продан и Ольга Белькова. Я обратил внимание на то, как принципиально работает Пинзеник.

Второе, что мне показалось неправильным. Есть серьезные, сильные депутаты, но есть большое количество людей, которые просто клацают на кнопки. Я считаю, что позволить себе такого не могу, и клацать на кнопки не буду.

Но есть решения фракции в каких-то стратегических вопросах. В этом парламенте уже были прецеденты исключения из фракций за голосования, которые не соответствовали решению фракции.

Смотрите, мне немножко легче, я пока еще не был ни на одной фракции.

Во вторник была фракция.

Нет, меня еще не было. На тот момент я туда не попал.

Вы уже были в парламенте и приняли присягу.

Помимо этого, мне же еще нужно заниматься оформлением. У меня же нет сейчас ни одного помощника. Банально документы в отдел кадров мне нужно заносить самому. Я пока сам по себе.

Как долго Вы собираетесь быть сами по себе?

Посмотрим, как покажут обстоятельства.

Наверное, непривычно работать одному, ведь в КГГА Вы были одним из ключевых членов команды Виталия Кличко. Как Виталий Владимирович отпустил Вас в парламент?

Виталий Владимирович сказал, что отпустил, скрепя сердце. На самом деле, не забывайте, что я никуда не деваюсь. Я уже являюсь советником киевского городского головы по вопросам благоустройства и охране природной среды.

Я планирую уделять большое количество свободного времени, в том числе, и работе в Киеве, продолжать выполнять работу, которой занимался непосредственно мой департамент.

У Вас был разговор с мэром, где Вы, например, говорили: «Виталий Владимирович, я не хочу идти в парламент»? Все-таки Виталий Кличко – лидер партии «Блок Петра Порошенко».

Есть определенные цели и задачи как группы «УДАР» внутри фракции «Солидарность», так и мои как крымчанина, человека, родившегося в Севастополе, и человека, который защищает на сегодня, в том числе, и интересы киевлян. Прежде всего, мы опирались на это.

И все же полтора года Вы отдали работе в департаменте КГГА, который, к тому же, возглавляли. Вы не могли отказаться от кресла парламентария?

По поводу отказаться или не отказаться. Во-первых, еще сто пятьдесят человек находится в списке за мной. Вы это тоже должны понимать.

Во-вторых, меня в списки включали как единственного представителя Севастополя, прежде всего, потом – как лидера молодежного крыла партии «УДАР». Молодежка «УДАРа» просила включить меня, Егора Фирсова и нескольких других представителей молодежи в списки «БПП».

Не я принимаю решение о том, что Егор должен уйти, решение принимает ЦИК, мы в этой ситуации получились просто заложниками.

Я – спортсмен, легкоатлет. Время старта в соревнованиях мы никогда не определяем, мы просто выходим и бежим. Такие обстоятельства, пускай они и тяжелые, не значат, что у меня не будет своего мнения.

Нардеп от «Батькивщини» Алексей Рябчин считает, что «БПП» нужны «новые штыки», которые голосовали бы за нужные «Солидарности» решения. Тот же Егор Фирсов предполагает, что Вы можете стать депутатом-«крепостным». Как можете это прокомментировать?

И те, и те люди меня слишком плохо знают. Когда пройдет время, вы сами все увидите.

Вы знакомы с теми людьми, которых Фирсов назвал причиной своего уходы – Грановским, Березенко, Кононенко? Какие у Вас с ними отношения?

Грановского не знаю и никогда не видел. Игоря Витальевича Кононенко видел на конференции городской организации «Солидарности». Сергея Ивановича Березенко видел там же, на партийной конференции.

Не разделяете мнения Фирсова в отношении этих людей?

За те дни, пока я нахожусь в парламенте, я не почувствовал их влияния на фракцию и на себя.

По Вашим словам складывается впечатление, что Вы много с кем не знакомы, хотя в СМИ Вас принято считать близким соратником Виталия Кличко, который, к слову, является лидером «БПП». Если взять 100% состава парламентской фракции «Солидарности», то скольких Вы знаете?

Где-то с половиной фракции я знаком, а со второй половиной фракции – пока не знаком. В лицах пока тяжело ориентируюсь, только внутри своей группы.

Группы «УДАР»?

Да.

Интересно, что одним из первых, кто вчера Вас поздравил с присягой и пожал руку, был Олесь Довгый. С ним Вы хорошо знакомы?

Я его даже в лицо не знал. Я только слышал об Олесе Довгом, но никогда его не видел. Потом я спросил у Бригинца: «Кто это был?». «Олесь Довгый». На это я ему ответил: «Наверное, мне нужно теперь поскорее пойти вымыть руки».

Автор интервью: Софико Векуа