Демарш нардепа Егора Фирсова, который вышел из фракции БПП, не стал особым сюрпризом – незадолго до него президентскую фракцию покинули каждый по своим причинам Виктор Чумак и Николай Томенко. А для давно бузившего и высказывавшего «особое мнение» Фирсова поводом для выхода стал скандал Абромавичус – Кононенко. Депутат возмутился, что фракция вместо того, чтобы рекомендовать дискредитированному Кононенко сдать мандат, стала на его сторону. Правда, немногочисленные единомышленники Фирсова в БПП, которые ранее создали внутрифракционную «Антикоррупционную платформу», не последовали его примеру и пока остаются во фракции. Помимо Кононенко, Фирсов обвинил в коррупционных грехах и других экс-соратников по БПП – Александра Грановского, Сергея Березенко, Алексея Гончаренко и Александра Третьякова. В разговоре он раскрывает подробности своих претензий к бывшим соратникам и предрекает «Блоку Порошенко» дальнейшее разложение.

Вы давно считались фрондером во фракции БПП, но почему-то выйти из нее решили только сейчас. Не думаю, что высказывания Абромавичуса о Кононенко стали для вас откровением.

Они стали не откровением, а последней каплей. Ситуация с Кононенко возникла не вчера и не позавчера, а еще в прошлом году. Если в первый раз узнаешь, что Кононенко замешан в коррупции, ты еще можешь сомневаться и проверять факты. Но когда об этом говорят авторитетные СМИ, общественные организации, которые борются с коррупцией, активисты на местах, это все ‘ накапливалось, как снежный ком. Но я ушел из фракции не из-за того, что Кононенко коррупционер (об этом я и раньше знал), а потому что какая-то часть фракции стала его защищать. За сдачу им мандата проголосовало всего девять человек, и я понял, что во фракции сложилась группа, которая будет Кононенко защищать.

Но Кононенко же приводил определенные аргументы в свою пользу. Вам не кажется, что надо было дождаться если не окончания расследования, а хотя бы предоставления Абромавичусом каких-то доказательств его слов?

Абромавичус назвал конкретные фамилии и обстоятельства – кого и как Кононенко лоббировал. Позже появилась и переписка Абромавичуса с Пасишником. Я же первым подал заявление в НАБУ и прокуратуру, где были конкретные документы и факты. Если правоохранительные органы считают, что там нет состава преступлений и документы ненастоящие, пусть следователь выйдет и скажет. А они просто отмалчиваются и ничего не говорят.

Вы намекаете на их ангажированность?

Конечно. Я же советовал фракции рекомендовать Кононенко уйти из парламента не только чтобы он больше не дискредитировал фракцию, но и чтобы его депутатский мандат не мешал следствию. Потому что сейчас Кононенко воспринимается как теневой руководитель фракции, приближенный к Администрации президента и, возможно, по нему даже боятся проводить какие-то следственные действия, понимая, что ничем хорошим для конкретного следователя это не закончится. Сам статус Кононенко давит на и без того ангажированные правоохранительные органы.

То есть и НАБУ уже ангажировано? Его же только создали.

Я больше говорю об ангажированности прокуратуры. НАБУ пока себя не проявило. Но как вы считаете, зачем президент приезжал в НАБУ? Думаю, это своего рода негласное моральное и политическое давление, поскольку этот орган должен быть полностью независим от президента. И не думаю, что у руководителя бюро Артема Сытника будет искреннее желание проводить четкое и независимое расследование и доводить его до логического завершения.

Сытник уже предложил депутатам лучше заняться законами, а не жалобами в бюро, потому что в них идут ссылки лишь на материалы разных СМИ.

Мои заявления были основаны не на материалах СМИ, у меня есть конкретные документы. По тому же Грановскому у меня есть целая папка документов и доказательств о рейдерском захвате торгового центра «Скай молл».

Ну, это давняя история. А на Кононенко у вас что?

Фирма, к которой он причастен, выводила деньги в оффшорные кампании и за счет них оплачивала некоторые услуги родственников Кононенко. Есть платежные документы с именами и фамилиями, ІР-адресами. И опять же – правоохранительные органы не говорят, что эти документы неправильные и их кто-то сфабриковал, чтобы подставить Кононенко. Они просто отмалчиваются.

У вас есть информация, что Кононенко доплачивает некоторым депутатам фракции?

Есть определенные слухи, но доказательств у меня нет.

Кононенко временно сложил полномочия первого зама главы фракции. Это сильно уменьшит его реальное влияние?

Если б он сложил мандат и сказал, что делает это во избежание спекуляций и чтобы никого не подставлять, это был бы весомый поступок. А так это смешно.

Очевидно, что Кононенко не действовал бы так без ведома своего друга президента. Почему вы прямо не называете фамилию Порошенко, как одного из виновников ситуации?

В силу того, что у меня нет фактов, могут быть только какие-то домыслы. Мне хотелось бы верить, что Порошенко не все знает о схемах, которыми занимается Кононенко.

Яценюк в свое время попросил своего соратника Мартыненко, которого тоже во многом обвиняли, сдать мандат. Но президент же такого не делает.

Вот в этом отношении у меня вопросы к президенту. То ли он не разобрался в ситуации, во что мало верится, то ли он будет покрывать и отстаивать Кононенко до последнего.

Вам не выгоднее было оставаться во фракции, чтобы знать, что там творится внутри? Вы же и так давно не придерживались партийной дисциплины, часто голосуя вопреки воле фракции.

Я и так буду знать, что происходит во фракции. Меня не устраивает быть комментатором цирка, я бы хотел влиять на определенные процессы. Время показало, что мы своей «Антикоррупционной платформой» не смогли содержательно влиять на фракцию.

В статусе внефракционного у вас еще меньше прав будет.

Полномочия будут теми же самыми.

Но не зря же внефракционные объединяются в группы.

Не зря – надеются, что будут иметь какое-то влияние и статус. Но когда в большой фракции, где 130 человек, ты один плюс максимум двадцать тебе подобных, влиять очень сложно. Плюс ко всему я не собираюсь прикрывать своим присутствием во фракции деятельность Кононенко.

Вас не смущает, что история Абромавичус – Кононенко «случайно» произошла как раз перед переформатированием Кабмина?

Когда бы она ни произошла, всегда можно искать какие-то мировые заговоры. Айварас мог исходить из каких-то определенных тактических соображений, но в первую очередь это была его искренняя позиция, потому что он устал. Вы даже не представляете, сколько министров в правительстве могут просто мучиться от навязанных заместителей, руководителей отделов, советников, которые просто занимаются «решаловом».

Но выглядит так, что Айварас год мучался, а «прозрел» только когда узнал о своем увольнении.

Я не думаю, что ему прямо стало известно, что его увольняют. Подписной лист против Абромавичуса гулял в парламенте давно – наш депутат Юрий Соловей этим занимался, и на момент той самой пресс-конференции Айвараса было собрано аж 15 подписей. Более того, как вы видели, президент просил Абромавичуса остаться в правительстве. Ну, год он терпел, а сейчас терпение лопнуло.

Известно, что перед отставкой он общался с Саакашвили.

А что в этом плохого? Очевидно, что на него после этого заявления было бы политическое давление, травля в карманных СМИ, поэтому он хотел предварительно заручиться поддержкой и послов, и Саакашвили. Более того, Саакашвили никогда до этого не озвучивал негативную информацию о Кононенко.

Вы сказали, что во фракции БПП порядка двадцати «нормальных» депутатов. Они тоже задумываются о выходе? Ведь вы же тогда полноценную группу сможете оформить.

Я общался с ними, и у них разные мнения. Мой прогноз таков, что пока во фракции будут находиться Кононенко, Грановский, Березенко, Гончаренко и компания, от нее будут все время откалываться адекватные нормальные депутаты.

Но прямо сейчас потенциала для создания группы с правами фракции нет?

Потенциал есть. Наша «Антикоррупционная платформа», которая задумывалась как внутрифракционное объединение, теперь также будет включать внефракционных. И не исключаю, если из БПП по-прежнему будут выходить, вполне может создаться какая-то отдельная официально оформленная группа из адекватных депутатов.

Депутаты БПП рассказывали, что у них во фракции просто мегадемократия – чуть ли не каждый сам по себе, все со всеми спорят на повышенных тонах, а глава фракции Юрий Луценко далеко не всегда контролирует ее. Понятно, что она большая, но почему фракция того же «Народного фронта», как правило, монолитна, а в БПП такой бардак?

Во-первых, «Народный фронт» практически в два раза меньше, чем БПП. Во-вторых, в «Народном фронте» заместителями главы фракции были Виктория Сюмар, Андрей Тетерук – люди, не замеченные в какой-то коррупции. А посмотрите на руководство БПП – единственный достойный человек там Мустафа (Найем). Процессами во фракции пытаются управлять такие люди как Кононенко, Гончаренко, Грановский. Они за кулисами вырабатывают какие-то решения, а потом пытаются спустить их на фракцию. Это часто проходило, но в последнее время, кстати, не проходит. Например, законопроект 3700 был спущен Банковой и его лоббирует чисто Кононенко, но не вся фракция готова его поддерживать, хотя его системно пытаются пропихнуть и принять.

Какие у вас факты «коррупционного шлейфа» Алексея Гончаренко и Александра Третьякова, чьи фамилии вы также ранее упоминали?

К Третьякову претензии исключительно политического характера. Это человек не новой формации, известен своей работой с Ющенко, Порошенко. Я бы не сказал, что он имеет серьезный реформаторский бэкграунд. Но у меня нет свидетельств какой-то чистой его коррупции. Если у кого-то есть, пусть пришлют мне на «фейсбук» и я готов подавать заявления в правоохранительные органы. Что касается Гончаренко, то этот субъект, примкнувший к когорте Березенко, поддерживает во всем Кононенко. Я считаю его абсолютным конъюнктурщиком. Он пытается при поддержке Кононенко пролезть в правительство на должность министра здравоохранения, что само по себе не то что смехотворно – это шоком стало, когда узнали, что есть такая кандидатура.

Но фракция, тем не менее, за нее проголосовала.

Вот вам и фракция, которая проголосовала за министра Гончаренко. Я голосовал против.

Так какие факты коррупции по Гончаренко?

Скажу так – есть Кононенко и Грановский, по которым у меня есть четкие сведения в отношении коррупции и ряда преступлений. А есть лица – в частности, Березенко и Гончаренко, – которые к ним примкнули и занимаются своего рода политической коррупцией. Я считаю их, грубо говоря, одной бандой, которая оккупировала кресла руководителей фракции и не дает нормально работать ни фракции, ни парламенту.

Какова роль Грановского во фракции? Он же абсолютно непубличен в парламенте.

Это правая рука Кононенко, человек, который пытается курировать судебные и правоохранительные органы, и, кстати, входит в комитет по правовой политике, не имея юридического образования. Есть даже неподтвержденная информация, о том, что и.о. прокурора Киева Валендюк, который подпадает под люстрацию и должен уйти, находится на своей должности по протекции Грановского.

Грановский – тоже бывший «ударовец». Вы с ним раньше пересекались по партийной линии?

Он никогда не был членом партии «Удар». О Грановском я узнал только в парламенте этого созыва.

Кстати, среди кандидатов в министры в известном списке хватает «ударовцев». Это им такое алаверды или просто совпадение?

Ну, во-первых, так совпало, во-вторых, они же еще не министры.

Глава фракции Юрий Луценко – послушный исполнитель воли Кононенко и АП или играет и в свою игру?

Мне бы хотелось верить, что Юрий Витальевич – не часть системы, а заложник обстоятельств. Я его сильно уважал и мне даже жалко, что он попал в такую ситуацию между молотом и наковальней.

Знаете, почему изначально работа нашей фракции, парламента и Администрации президента пошла неправильно? Потому что Петр Порошенко все хочет контролировать, в том числе, ЦИК. Думаю, что смена состава ЦИК, которая давно назрела, в его повестке дня была на тридцатом месте, невзирая на то, что уже прошли все сроки и нарушены законы здравой логики. Понятно, что это не главная проблема в государстве. Но руководство фракции обещало выбрать новых трех членов ЦИК, но никакого голосования и праймериз не было. Просто собрали анкеты и послали в Администрацию Президента, чтобы там было проще выбрать лояльные кандидатуры.

Вам надо будет как-то определяться с политическим будущим. Сейчас есть много потенциальных новичков – гипотетический проект Саакашвили, проект Яроша, возможный проект Наливайченко (позже стало известно, что Наливайченко договорился о сотрудничестве с Юлией Тимошенко – ред.).

Пока что и Ярошу, и Саакашвили, и Наливайченко нужно определяться в своих политических амбициях. Ни у кого из них нет политической силы и четкой позиции и идеологии. Саакашвили я уважаю как сильную политическую фигуру, Яроша как человека и бойца, Наливайченко я тоже знаю длительный промежуток времени и безмерно уважаю. Несомненно, в какой-то политической силе я буду, но именно сейчас нахожусь на распутье.

Кстати, Наливайченко недавно ездил в США, где встречался с представителями высшего эшелона власти, с такими людьми как Маккейн, просил США не снимать санкции против России, разговаривал о возможной военной помощи. Возможно, заручался какой-то поддержкой – у Наливайченко есть президентские амбиции.

Вам припоминают, что вы в свое время были советником Игоря Коломойского и видят в вашем демарше и его роль.

Я был советником днепропетровского губернатора, когда им был Игорь Коломойский, и мои оппоненты из фракции почему-то пытаются это использовать как некий компромат. В период разворачивания конфликта штаб, который создала команда Коломойского в Днепропетровске, был единственным центром, который противостоял сепаратизму. Я был единственным нардепом, который тогда ездил по линии фронта и мы с ребятами тогда просто спасли ситуацию в некоторых городах, чтобы их сепаратисты не захватили. Организовывали украинские митинги, проукраинские дружины. И статус советника Коломойского помогал мне эффективнее работать, потому что Коломойского боялись – это помогало нам жестче ставить вопросы в кабинетах чиновников, которые могли дрейфануть в просепаратистскую сторону. Но самого Коломойского я видел один раз в жизни. Для меня важней был статус, потому что тогда в Донецкой области произошел вакуум власти, и все сыпалось, как карточный домик.

То есть сейчас вы с днепропетровской командой не поддерживаете отношения?

Ну как поддерживаю… Когда мы приехали в Днепропетровск, там была очень плюралистичная команда – Юрий Бутусов, Сергей Иванов, Семен Семенченко и другие. Я поддерживал определенные отношения с Геннадием Корбаном, он как-то приглашал меня на съезд партии «Укроп».

Так вы еще и в «Укропе» можете оказаться?

Чем больше будет адекватных демократических сил, тем лучше, но, скорее всего, в «Укропе» меня не будет.

То есть с Коломойским вы не общаетесь?

Как же я могу общаться, если мы виделись всего раз?

Ну, сейчас есть разные средства коммуникации.

Знаете, про меня коллеги, как только я начал озвучивать свои позиции, говорили, что я – человек Фирташа…

Так весь «Удар» считали людьми Фирташа.

Потом меня стали привязывать к Коломойскому. Может, теперь привяжут к Ахметову или еще кому-то. Естественно, ничего общего с Коломойским у меня нет и, думаю, не будет.

Вы говорите, что бывшие коллеги могут вас лишить мандата. Каким образом?

Есть загвоздки в законе, но, на самом деле, лишить мандата могут по беспределу. Помните, как при Януковиче лишали мандатов через суд? Инструментов можно придумывать множество, и не могу исключать, что Кононенко или Грановскому придет эта идея в голову, поскольку они контролируют судебную систему.

Технолог Банковой Виктор Уколов советует вам самому сдать мандат, раз вы вышли из фракции.

Пусть советует. Людям, которые находятся и работают рядом с Администрацией президента, наверно, хотелось бы побыстрей избавиться от своих оппонентов. Когда я шел в «Блок Порошенко», у меня не было ни перед кем обязательств – я прошел в список по квоте «Удара». Может, это будет звучать пафосно, но не думаю, что страна выиграет, если уйду я, а Кононенко останется.

Автор интервью: Павел Вуец