О причинах отставки Михаила Саакашвили с поста главы Одесской ОГА, возможных досрочных выборах в Верховную Раду, «запасном плане» президента Петра Порошенко и будущем украинской экономики в интервью рассказала политолог и историк Елена Галкина.

Поговорим об отставке Михаила Саакашвили. Почему он совершил такой демарш? Как это все вяжется с украинским и грузинским политическими контекстами?

Саакашвили, как талантливый публичный политик, прекрасно выбрал момент, потому что это последний его шанс вернуться в большую политику на постсоветском пространстве. Успехов в Одесской области у него нет, а карт-бланш был, ему разрешили контролировать силовиков, а на выходе — крах всех обещаний, которые он давал в мае 2015 года: второе Батуми из Одессы не получилось, миллиарда долларов инвестиций нет, заборы у моря стоят, дорога не построена. Все печально.

Второй провал — Грузия. Его партия «Единое национальное движение» сейчас ставит под сомнение его лидерство. Возможно, именно из-за него она проиграла на выборах. Конституционное большинство у «Грузинской мечты» — это серьезная история. Что оставалось Михаилу Саакашвили? Ждать, когда его снимут с должности, окончательно превратиться в обычного коррумпированного чиновника? Поехать в США и там преподавать? Или досрочная пенсия, или позор, или попытка вернуться. И он подгадал момент.

Что за момент?

Электронные декларации украинских чиновников показали, что люди, которые пришли в Раду после Революции Достоинства, успешно адаптировались в условиях коррупционно-кумовского капитализма.

Саакашвили продолжает эксплуатировать опыт Грузии, потому что там в части ломки коррупционно-кумовской системы его команда действительно преуспела.

Тогда там еще был Каха Бендукидзе.

Это детали, которые большинство украинцев не знают. Саакашвили все еще остается в восприятии значительной части как некая внешняя сила, не укорененная в украинском истеблишменте. Обратите внимание, с каким энтузиазмом активисты и общественные деятели отозвались о заявлении Саакашвили об отставке.

И бесплатно.

Да. Значительная часть гражданского общества искренне воспринимает его как внешнюю силу для этой коррумпированной системы, Саакашвили так себя и подает, говорит, что Петр Порошенко его предал. Люди в это поверят. У него сравнительно большой уровень доверия в Украине (среди политиков с общенациональной известностью). Это не Анатолий Гриценко, который имел 5,5% на президентских выборах, имеет хороший баланс доверия и недоверия, но многие его не помнят. Саакашвили — яркий политик, который воспринимается, как крепкий и масштабный игрок. Андрей Садовый, мэр Львова, так не воспринимается, потому что он локален, а Саакашвили — глобален. Электронные декларации и обнуление репутации украинского политикума — это шанс Саакашвили вернуться. Возможно, он реально решился идти против старой системы. Но скорее это все хорошо вписывается в модель третьей колонны президентской администрации на случай выборов весной 2017 года.

Что имеете в виду?

Ход Саакашвили говорит о том, что выборы весной стали более вероятными, чем это было месяц назад.

Как мне кажется, с точки зрения Порошенко, проводить досрочные выборы просто глупо, потому что есть свой премьер Владимир Гройсман, которого с таким скрипом завели на место Арсения Яценюка. И это ради того, чтобы весной 2017 года все развалить?

Думаю, что досрочные выборы рассматриваются как запасной вариант для Порошенко. Так же, как в России Путин видит впереди только туман, так и Петр Алексеевич не чувствует твердой почвы и должен перестраховываться. К тому же, есть ряд политических сил, которые очень хотят досрочных выборов.

Какие?

Первое: Юлия Тимошенко. Второе: возможно, получит какой-то бонус «Оппоблок». Хотя, это еще вопрос. Думаю, новая партия «За жизнь», которая имеет свой информационный ресурс. Эта партия заходит на поле «Оппоблока».

«Видродження» может помешать «Оппоблоку»?

Нет, кроме Харькова. Тем более, эта группа показала выдающиеся успехи в части деклараций.

Одним словом, есть силы, заинтересованные в перевыборах. К тому же, власть явно не знает, как повлияет рост тарифов на политическую стабильность. Страх очевиден. Именно им вызвано увеличение минимальной зарплаты в 2017 году. Это деньги, которые не заложены в бюджете. Это означает страх перед массовыми протестами на социально-экономической почве с перерастанием их в политические. В таком случае, я допускаю, что Порошенко пойдет на сброс парламента, и запасной вариант — перевыборы Рады. Но это только в случае массовых протестов в декабре и январе. Выборы весной, в случае дестабилизации, нежелательны, но приемлемы для президента, так как весьма предсказуемы результаты.

Вы сказали три колонны Администрации, какие?

БПП, «Наш край», который сейчас работает в регионах, и партия Саакашвили «Хвыля», которая будет иметь медийный эффект. Плюс на Петра Порошенко будет работать мажоритарка. Потому что если выборы будут весной 2017 года, то они, скорее всего, будут по смешанной системе. А чем дальше, тем меньше шансов ее сохранить, потому что Запад категорически за пропорциональную систему.

У меня впечатление, что досрочные выборы все равно будут. Потому что главные группы влияния недовольны балансом интересов. Я имею в виду финансово-промышленные группы, которым не нравится усиление Порошенко. Попыток создания вертикали много, и в украинских условиях это раздражает. Раздражает глава Нацбанка Валерия Гонтарева, которая работает на усиление влияния Порошенко. Все это понимают и сопротивляются.

Старый общественный договор был расторгнут революцией, а нового нет. Есть соглашение о перемирии, но проблема не решена. Нужна стабильная политическая система. Инициатива Сергея Таруты собрать всех олигархов и создать новый договор, по правилам которого будут жить все, провалилась. Поэтому Тарута и Тимошенко проявляют интерес к проектам новой Конституции. Однако Порошенко к такому диалогу не готов.

Почему?

Потому что вся вертикаль завязана на должности президента, ему сейчас что-то институционально менять невыгодно. Он понимает, что в случае нового общественного договора все идет к парламентской республике. Это та форма правления, которая соответствует Украине и позволит ей двигаться вперед. До заключения нового общественного договора будет стояние в болоте.

Если выборов не будет, как это повлияет на рейтинговые динамики Тимошенко и Саакашвили?

Тимошенко будет готовиться к осени 2017 года. У нее есть крепкая партийная структура, она работает «на земле», грамотно действует в диалоге с кластерами общества: медики, учителя, крестьяне, профсоюзы. То есть, все по науке, власть можно критиковать и критиковать, поле большое. При нынешнем уровне недоверия к политической системе, рейтинг президента не вырастет.

С экономикой Украины ничего хорошего тоже не будет. Есть два варианта: неолиберальная и неокейнсианская модели. Не выбрана ни одна.

Ну как, а накачивают минималку…

Это ничего не решает, так как в основе кейнсианской модели лежат стимулирование промышленности и устойчивое развитие. Должны быть соответствующие программы. Хотя бы посмотрим на то, как действует Лукашенко в Беларуси. А в Украине не выбирается ничего. Ни неокейнсианство, ни неолиберализм. Лешек Бальцерович говорит, что его рекомендации не выполняются.

В плане экономической политики власть действует ситуативно, отвечает на внешние вызовы, но не имеет собственной политики. Это большая проблема. Здесь можно сослаться на опыт Туниса, где тоже топтание на месте, но, правда, нет вооруженного конфликта, хотя есть теракты и соседняя Ливия. В Тунисе нет экономического роста, есть спад, а до революции был рост. Все проблемы только нарастают, потому что правительством не был выбран курс.

А могут ли правительства стран с периферийными экономиками вообще позволить себе такую роскошь, как длинное или среднесрочное планирование? Например, такой план, как «план Полсона» (план спасения финансовой системы США в 2008 году) в США, где и выкуп проблемных активов, и развитие возобновляемых источников энергии?

Думаю, что Украина может себе позволить такую роскошь, но с помощью Запада. Эту помощь надо требовать не в силу экономической логики, а в силу геополитической ситуации. Напомню, что США просто дотируют Египет и Иорданию. Они напрямую им помогают только из-за геополитической позиции этих стран.

Для Запада сейчас важно, чтобы в Украине что-то получилось. Так же важен Тунис. В противном случае, все идет к краху идеи демократии как основной модели развития общества. Украина должна предлагать планы своего развития, требовать участия в этих проектах. Время для шоковой терапии уже прошло. Попытки ее сделать сейчас обернутся крахом для правительства, сейчас поздно, надо было делать сразу после прихода к власти.

Если немного съерничать, то Лешека Бальцеровича можно отправлять домой?

Я бы выбрала неокейнсианскую модель. Она подходит для постсоветских стран и может сработать. Тем более, что в Украине есть высокотехнологичные отрасли. Их надо найти и вкладывать в точки развития. В космические технологии и IT. Надо смотреть, что делать с промышленным производством. Нужно расширять производство товаров с высокой добавленной стоимостью, а сейчас ситуация такова, что все больше и больше товаров идет на экспорт с низкой добавленной стоимостью: АПК и добывающая промышленность.

Автор материала: Александр Куриленко