Евгений Комаровский — известный детский врач высшей категории. Ведущий программы «Школа Доктора Комаровского». Создатель собственного сайта и социальной сети «КлубКом». Окончил педиатрический факультет Харьковского медицинского института. Работал в областной детской клинической больнице. В 2006 году открыл консультативный медицинский центр «Клиником». Автор научных трудов, статей и книг, среди которых: «Вирусный круп у детей», «Начало жизни вашего ребенка», «Здоровье ребенка и здравый смысл его родственников», «ОРЗ: руководство для здравомыслящих родителей», «36 и 6 вопросов о температуре», «Маленькие сказки про ежиков» и многие другие. Кандидат медицинских наук. Лауреат премии «Самый красивый мужчина Украины 2010». Женат, отец двоих детей, увлекается рыбалкой, любит путешествовать и читать.

Сегодня у нас в гостях известный врач, телеведущий, общественный деятель, писатель Евгений Комаровский.

Здравствуйте, Евгений Олегович. Почему наша ментальность ориентирована на «не быть, а казаться»? Не привить ребенка, а побегать голым по снегу, не провести реформы, а много говорить о патриотизме.

У нас вакцинация – это то, что осуществляет государство. А все, что делает государство, вызывает у нас неприятие. Когда государство берется нас судить, защищать, рассказывать, какими самолетами нам летать, на каком языке говорить, и тут оно еще говорит, что оно нас привьет — мы сразу думаем: «А что они купят? Как они это будут везти? А где это будет храниться? Сколько они заработают на нас?». И в этой ситуации мы им не верим. Я вижу, реально, как все время подменяются понятия. Вместо того чтобы бороться за качественную, цивилизованную, современную, правильную вакцинацию – мы боремся с вакцинацией как с явлением. Во всем же остальном понты — наше все! Важен же не размер твоего забора – важно, чтобы твой забор был не хуже, чем у твоего соседа. Когда оказывается, что кто-то лучше тебя лечит или лучше диагностирует – это не дает толчок стать лучше самому, учиться больше, а проще обгадить его перед всеми.

Вы как-то сказали, что мы уже 100 лет живем по законам зоны. За последние два года, когда за это было заплачено кровью, эти размеры гуманитарной катастрофы как-то сузились?

Упаси Боже! Это же самое страшное, что когда я пытаюсь анализировать наши Майданы, то я вижу, как по головам светлых людей всякая погань потом приходит к управлению этими людьми. И жизни отдают самые светлые, а голосуют те, кто на площади не выходил. Голосуют за конкретные морды в телевизоре – не за идеи, не за программы.

А хотят ли люди читать программы?

Это, скорее, вопрос к вам. Информационное поле больше вы создаете, чем я.

Люди предпочитают пассионарность, эмоциональность, а не суть вещей. Почему? И так во всем мире.

Люди во всем мире, те, кто пробивается наверх, менее наглые, менее лживые. Есть какие-то инструменты более серьезного контроля, в том числе и юридического. У нас такого нет. Много лет нас воспитывали с верой в доброго царя. Всех, кто сомневался в доброте царя – уничтожали, ссылали, убивали, нейтрализовывали. У нас отличия от россиян, от мордора очень незначительные. В этом надо признаться, что надо меняться в лучшую сторону самим. Что беды наши — внутри нас. Для меня квинтэссенция негодяйства – это «Больница будущего». Даже на строительстве детской больницы можно обмануть и украсть! Я не верю, что история с Екатериной Ющенко — это история с какой-то бандой, которая организовала на всю страну шоу, насобирала денег на детскую больницу, и это все накрылось. Люди показали, что святого нет вообще ничего.

Почему не идет реформа в здравоохранении?

Вся беда в том, что у нас просто реально нет профессионалов, которые представляют, как реформировать здравоохранение. Где это видано – врачи первой, второй и третьей категории? Это как рыба не первой свежести. Есть врач – и он должен лечить по протоколу, и не надо делить врачей по категориям. Раздача врачебных категорий – это здоровенная коррупционная кормушка на всяких курсах и т. д. Давайте все это закроем! Но тут же к тому, кто должен принять это решение, начнут ходить ходоки и рассказывать. Вот и получается, что у нас централизация власти, несмотря на разговоры о децентрализации. Поэтому они там, в АП, должны решить, готовы ли они отойти от этой кормушки и дать нам реформировать медицину, нормальным людям, которые понимают, что надо делать. Не надо изобретать велосипеды. Нет украинской медицины – медицина есть цивилизованная или никакая.

Симптомы у нас – безработица, коррупция, низкий уровень жизни. А какой диагноз?

Диагноз — равнодушие, бег по граблям и страшная, патологическая терпеливость общества, которое само на себе поставило крест. Как только нормальный человек скажет что-то, тут же возникнет тысяча не менее нормальных, которые будут его критиковать. Т.е. нормальные люди объединиться не в состоянии. Это и на выборах видно – им надо срочно решить, кто из них самый нормальный. Это – тупик. В политику пойти невозможно – потому что там ты будешь не делом заниматься, а выяснять отношения. Посмотрите на улицы – почему никого не волнует тема, что мы страна без дедушек? Для меня самое большое европейское потрясение – это бабушки под ручку с дедушками. Вот это — смысл. К этому надо стремиться.

У нас идет перманентный конфликт между комитетом здравоохранения ВР и Минздравом. Что нужно сделать, чтобы машина реформы поехала?

Вы видите вещи понятные: если идет закупка лекарств, строительство больницы, то кто-то на этом может заработать. Но это ничтожно малая часть всего айсберга. А я захожу на сайт МОЗ и вижу там документ — некую попытку создания универсального протокола по лечению детских болезней. Я читаю это, и у меня создается впечатление, что я сижу реально под пальмой, и какие-то люди, которые возомнили себя богами, спустились на вертолете и рассказывают мне, как лечить именно в Африке. Я прекрасно понимаю, что это какой-то чудовищный бред, который тупо содрали с какой-то инструкции для Кампучии или Танзании. Я смотрю на авторов этого документа – а там одни академики, профессора. Я прекрасно понимаю, что если сейчас попытаться сделать что-то нормальное, то они все сразу на тебя ополчатся и скажут, что Комаровский – это шоумен, идиот и ничего в этом не понимает. Я потом всю жизнь буду отмываться от этих академиков. Я, человек, который должен учить врачей, который имеет колоссальный опыт, который разбирается во всем этом, вынужден учить мам, как им по анализу крови решить — вирусная это инфекция или бактериальная. Нужен антибиотик или не нужен. Я фактически трачу свою жизнь на то, чтобы помочь людям выживать в стране, где мы нафиг никому не нужны. Медицина – это способ отмывать деньги. Все – никакой другой темы. В 1991 году я заведовал дифтерийным отделением, и началась эпидемия дифтерии. Эпидемия началась потому, что уровень вакцинации со 100% упал до 85%. И этого было достаточно, чтобы наша страна заплатила цену в несколько тысяч жизней для того, чтобы выкарабкаться из этого. И вот сейчас, сегодня, в Украине вакцинировано от дифтерии менее 50% детей. Но при этом количество противодифтерийной сыворотки в стране – ноль миллилитров. Если завтра будет вспышка – в каждом киевском дворе будут стоять детские гробики. Я говорю об этом с июня месяца – при моих 620 тыс. подписчиков в ФБ. Но всем наплевать. Это унесет жизней больше, чем АТО, а усилий надо с гулькин нос. Я хочу видеть, чтоб прокуратура что-то делала. Люди сказали, что нельзя завозить лекарства в страну из России – я согласен. Но ведь можно было сначала заключить договор на закупку других лекарств, а потом сказать, что мы завозить не будем. А если принят закон, из-за которого умерли несколько десятков людей – где прокуратура? Десятки тысяч людей умирают от онкологии и не имеют доступа к обезболивающим. Чтоб решить эту проблему, надо две недели доброй воли людей. Почему негодяи, которые нажали на кнопку, не отвечают?

Они нажимают на кнопки, потому что они не понимают, что происходит?

Если человек нажимает на кнопку и не понимает, за что он голосует – он негодяй. Как я могу поставить диагноз и назначить лечение, ничего не понимая?

Вы сказали, что хотели бы увидеть, как Петр Порошенко в прямом эфире делает себе прививку.

У нас есть закон Украины по вакцинации, где есть группы, подлежащие вакцинации от гриппа. В этом законе к таким группам относятся работники торговли, учителя, водители транспорта и члены правительства. Руководители страны по закону обязаны вакцинироваться. Это – по-европейски, законопослушно, нормально. Медицина сейчас реально близка к закупке шаманских жезлов. Народная медицина часто возникает там, где нет медицины цивилизованной. Я бы категорически запретил всем депутатам и членам их семей лечение за пределами Украины.

Как вы оцениваете профессиональный уровень людей, которые занимаются реформированием медицины, по 12-балльной системе?

Реформирование ставит целью улучшение, поэтому при реальном реформировании каждый житель страны должен обратить внимание, что его взаимоотношение с системой здравоохранения улучшилось. Поскольку наши взаимоотношения только ухудшились – то, три с минусом, два с минусом по 12-балльной системе.

Для того чтобы положить конец бесплатной медицине, наверное, надо создать сначала страховую медицину?

Страховая медицина не имеет никакого отношения к понятию качества лечения, к цивилизованному лечению. Это просто система расчетов за проведенное лечение.

На западе, если клиника ошиблась, то страховая компания, которая у меня за спиной, эту клинику затаскает по судам.

А у нас есть такая страховая компания?

Почему мы не хотим на рынок пустить иностранные страховые компании, со старинной историей, которые бы боролись за пациентов, выплачивали бы деньги и т. д.?

Мы с вами хотим, но есть люди, которые решают – пустить или не пустить. Мы, когда создали клинику «Доктора Комаровского», были уверены, что у нас основной бизнес будет в консультировании страховых компаний. Я, как эксперт в педиатрии, могу оценить любой рецепт — соответствует ли он цивилизованному лечению, за что страховики платят. И ни одного обращения, никому это не надо. К ним пришли люди, сказали: «вот вам деньги, назначайте наш «фуфломицин». За каждый назначенный получите 10%». Все счастливы, но люди умирают от этого.

Как вы, как харьковчанин, лично относитесь к Кернесу? Считаете ли вы его действительно человеком незаурядным?

То, что он незаурядный – это однозначно. Я виделся с Кернесом один раз в жизни – это было, когда он первый раз шел в мэры. Мне Кернес был симпатичен своим отношением к здоровью. Меня лично не интересует фамилия – дайте конкретные точки и скажите, что вы измените в городе. Причем не просто обещания, а конкретные действия, со сроками. За такого человека я буду голосовать.

Как вы считаете, нам нужна сейчас смена правительства?

Если нам опять скажут, что этот министр МОЗ не годится, а этот годится, и мы опять это проглотим – нам труба. Люди, которые зарабатывают хоть что-то, найдут нормального врача, но основная масса людей… в программных речах наших политиков слова «дети, беременность, акушерство» отсутствуют как таковые. Существует буквально три-четыре станы в мире, где педиатров готовят семь-восемь лет. Почему мы должны ориентироваться на Европу, если у нас есть такой социальный институт, как педиатрия? Люди, которые учились учить детей десятилетиями. Семейные врачи в мегаполисе – это дурость. Где выстроена система взрослых и детских поликлиник – это все разломать и поставить семейных врачей. Я в 2009 году написал, что это безумие, преступление, это эксперимент с предсказуемыми последствиями. Тишина…

Если бы вы не стали врачом, кем бы вы стали?

Фотографом, путешественником.

Самое страшное ваше профессиональное воспоминание?

Отравление в 1987 году в детском саду города Харькова, когда открывается дверь скорой помощи, а там лежит 10 детей в коме.

О чем вас бесполезно просить?

Сказать про «фигняферон», что это классное лекарство.

Были ли вы на Майдане во время событий?

Нет.

Какое чувство вы испытываете, когда слушаете украинских политиков?

Такое ощущение, что я подошел к границе чумного барака, а они там обсуждают, как им оттуда выбраться.

Какой месячный бюджет вашей семьи?

Около 1000 долларов.

О каком несовершенном поступке в жизни вы жалеете?

Когда мне было 23 года, я должен был уехать из этой страны. Это не мое личное – это мои дети.

Считаете ли вы себя религиозным человеком?

Нет.

Какую книгу вы никогда не дадите читать своим детям?

Таких книг нет.

Модное слово или выражение, от которого вас коробит?

Меня уже ничего не коробит. После репортажей из Рады коробить не может ничего.

Должны ли депутаты и члены правительства проходить психиатрическую экспертизу?

100%. Но очень важно, чтобы эта экспертиза проводилась не нашими психиатрами.

Должно ли являться состояние здоровья политических деятелей достоянием общества?

Вне всякого сомнения.

Каков процент здоровых людей в нашем парламенте?

Человек, у которого нет чувства самосохранения, не может считаться здоровым. Поэтому здоровых там нет. Я знаю пару человек, которые пошли туда здоровыми, но они через месяц «заболели».

За что вы готовы переплачивать без сожаления?

За здоровье.

Три проблемы нашего здравоохранения.

Первая – абсолютный непрофессионализм руководства. Причем практически на всех уровнях. Вторая – безумная терпеливость народа, который не реагирует и до конца не понимает всего беспредела в системе здравоохранения. И третья – отсутствие реальных предпосылок для того, чтобы что-то изменилось, потому что нет реальных людей, которые в состоянии интеллектуально оценить глубину пропасти и хотя бы наметить ступеньки, как из этой пропасти выкарабкиваться.

Спасибо большое, Евгений Олегович.

Автор интервью: Наталия Влащенко