«Гибридная» технология этнического давления

270

Об этом мало кто задумывается всерьез, но как оказалось, почти все гибридные войны последних десятилетий имеют схожие мотивы развязывания конфликта. Более того, в открытом доступе вы не найдете анализа предысторий конфликтов. В лучшем случае, в русскоязычной версии Wikipedia будет расписана хронология событий, многократно проверенная российской цензурой.

В чем здесь секрет?

Шаблонность многих современных войн с участием России заключается в их главном мотиве – этническом национализме.

Для справки: Российский этнический национализм преследует цель доминирования российской этнической группы над другими в обществе и политической системе.

Этнический национализм являлся одной из существенных причин, порождающих конфликты на постсоветском пространстве. Он подкреплен российскими законами, а также сфокусирован на исторических, религиозных и культурных традициях России.
Его активную основу составляет русскоязычное население, мнение которого корректируют националистические организации сетевого толка в России и за ее пределами.

Этнический национализм долгое время может находиться в «законсервированном» состоянии. Однако, при выходе его на поверхность, «этническая буря» способна разрушить целые государства.

Примеров более чем достаточно.

Для наглядности возьмем близкое нам постсоветское пространство:

1988 г. Нагорно-Карабахский конфликт – был развязан после того, как народные депутаты НКАО приняли решение о присоединение их области к Армении. Этническое противоречие заключалось в том, по их мнению, в азербайджанском регионе якобы проживают больше армян, а потому территория должна принадлежать Армении. Характерно, что Россия в этническом противоречии поддержала сторону Армении;

1989 г. Приднестровский конфликт – основывался на якобы притеснении славянских традиций Молдовы. В нем Россия выступила инициатором противоречия. Оно выражалось в нежелании небольшой русскоговорящей части населения переводить молдавскую письменность на латиницу и вести делопроизводство на молдавском языке;

1989 г. Абхазский конфликт – начался с решения Абхазии выйти из состава Грузии. Катализатором конфликта выступила Россия, войска которой участвовали в боях на стороне Абхазии. В 2002 г. российские учреждения в Абхазии массово выдавали паспорта гражданина РФ, причисляя абхазов к россиянам. Так проводилась «паспортная аннексия» грузинской народности. Почти аналогичная по сути этническая история параллельно развязывалась в Южной Осетии.

2014 г. аннексия Россией украинского Крыма – в основу истории положено мнение о насильственной украинизации этнических русских, проживающих в Крыму. Поводом для эскалации ситуации и проведения Россией «экстренного референдума» послужили якобы указания украинских властей об отправке на полуостров «бандеровских формирований».

2014 г. оккупация Россией части украинского Донбасса – мотивом для развязывания войны явилось мнение о якобы притеснении этнических русских в восточных областях Украины. По большому счету, ситуация является продолжением крымской аннексии Россией, планами которой было расширение «новороссии» и соединения по суше непризнанных республик с Приднестровьем.

Российский этнический национализм присутствует не только на постсоветском пространстве. Эксперты и политики из разных стран уверяют, что мотивы для проявления российского этнического доминирования России уже проявляются в странах Балтии, Польше, Венгрии и других государствах Европы. По их наблюдениям, на сегодня их проявление носит пока неагрессивный характер.

Одним словом, во многих конфликтах или внутригосударственных противоречиях эффективно испробован механизм этнического национализма.

Специалисты различают три степени его влияния на общественно-политическое сознание.

Первая волна – этнический национализм проявляется в незначительном политическом доминировании (по принципу Россия – старший брат в единой семье народов). Такая ситуация может длиться десятилетиями. Если говорить об Украине, то подобный период, вероятно, следовало бы измерять столетиями.

Вторая волна – этнический национализм проявляется через активное информационное давление и вспышки в культурно-исторической или политической плоскостях. Для Украины подобные примеры наблюдались в 1993 г. – когда 80% кораблей бывшего Черноморского флота СССР подняли российские флаги и «выразили» желание служить России. Или, скажем, в 2004 г., когда под эгидой несогласия пророссийских сил Украины с результатами президентских выборов была создана «Автономная Юго-Восточная Украинская Республика». Как правило, всплески «второй волны» вскрывают слабые стороны защиты от угроз этнического национализма.

Третья волна – этнический национализм приобретает крайне агрессивные черты и перерастает в открытое военное противостояние. В качестве показательных примеров следует вспомнить о всплеске активности российского этнического национализма в южных и восточных областях Украины вначале 2014 г. На тот момент главной атрибутикой всех митингов стали российские флаги, лозунги «Россия, спаси Донбасс» или «Донбасс – это Россия». Кроме того, этому периоду характерны крайние формы этнического давления – «российский референдум» в Крыму под наблюдением подразделений «зеленых человечков», или, скажем, создание «пророссийского анклава» с помощью войск РФ на Донбассе.

Этническое давление осуществляется по определенным направлениям влияния, среди которых:

— направление культуры и традиций: распространение мнений о славянской идентичности, древнерусской цивилизации, приоритетности российского православия и т.д., носителем которого якобы является Россия;

— историческое направление: создание новой истории России, в которых Крым и Донбасс, а также другие регионы Украины якобы являются «исконно-русскими землями». В этой связи показательным является выступление В.Путина перед молодыми российскими историками, в котором президент России определил ученым задачи по написанию «качественно новой истории РФ»;

— идеологическое воспитание: формирование в русскоязычном обществе идеологии «русского мира», симуляции большого числа врагов вокруг России и создания иллюзии в необходимости защиты «российских земель». Ярчайшим примером в данном аспекте есть правительственная поддержка казачества России – «боевого потенциала Кремля с мотивами российского национал-патриотизма».

По своей сути – этнический национализм России в таких проявлениях являет собой угрозу национальной безопасности как Украине, так и другим странам, в которых на сегодня присутствуют российские диаспоры, общины либо другие пророссийские организации. Именно они являются каналами распространения националистических идей, которые транслируются из стен Кремля. За последние годы подобных высказываний российских экспертов и политиков было немало.

Например:

— посол РФ в Украине М.Зурабов в августе 2012 г. заявил, что Россия будет реализовывать в Украине программу финансирования русскоязычных предметов в школах государства. Речь шла о включении в украинские образовательные программы факультативных предметов российской истории, литературы, географии;

— директор Института стран СНГ К.Затулин в мае 2013 г. открыто говорил, что собирается создать в Украине российское национальное движение;

— политолог и журналист С.Горбачев в 2013 г. отметил, что «Москва должна провести операцию по принуждению Украины к дружбе»;

— командующий Черноморским флотом РФ А.Федотенков в 2013 г. заявил, что,Севастополь – город русских моряков, и до 2042 года Россия отсюда уходить не собирается.

— лидер ЛДПР В.Жириновский в марте 2014 г. на заседании Государственной думы РФ поднял вопрос о разделе Украины между Россией, Румынией, Венгрией и Польшей. Характерно, что после такого одиозного заявления, Жириновского не осудил никто из российских парламентариев;

— председатель партии «Другая Россия» Э.Лимонов на прошлой неделе в своей статье относительно будущего Украины заявил, что, в конечном счете, от нее останется девять областей вокруг Киева. «Мы, русские, возьмем себе земли, населенные нашими русскоязычными братьями: Харьковскую, Одесскую, Запорожскую, Херсонскую, Николаевскую области».

Безусловно, это не окончательный список заявлений российских лидеров касаемо этнического давления России на Украину. Но даже на этих примерах прослеживается намерение Кремля поставить в этнические рамки украинское общество.

Очевидно, в этих целях МИД России приступил к разработке новой Концепции внешней политики. Напомним, что предыдущая редакция Концепции внешней политики РФ (12.02.2013 г.) вместе с Приложением 1 (18.12.2010 г.) определяла цели и направления воздействия «мягкой силы» России по отношению к другим государствам. В этих документах Украина рассматривалась, как «приоритетный партнер СНГ», которая была включена Кремлем в план «углубленных интеграционных процессов».

Одним словом, этнический национализм представляет собой серьезную угрозу национальной безопасности Украины, о чем указано в Стратегии национальной безопасности Украины (разд. 3.1.3.).

На сегодня целями российского этнического национализма в Украине остаются:

— население регионов, в которых установлена оккупационная власть – полуостров Крым и часть Луганской и Донецкой областей;

— население регионов южных и восточных областей Украины, в которых остается ощутимое влияние российского этнического национализма;

— население Украины, которое по разным признакам имеет отношение к России;

— национальные меньшинства Украины, в том числе российская диаспора, народности закарпатских русинов и другие.

Украина находится в состоянии перманентной (хотя и необъявленной) войны с Россией. Это позволяет Кремлю использовать различные поводы для усиления этнического доминирования, используя подобные сценарии (как вариант):

— выдача паспортов гражданина РФ в оккупированных регионах Донбасса, тем самым повторяя «грузинский сценарий»;

— раскачивание межэтнических отношений и проведение референдума в «мирных» регионах Украины (например, в Мариуполе, Одессе или в Закарпатье);

— массовые заявления «пророссийских украинцев» о желании видеть Украину в российских международных объединениях;

— многочисленные спекуляции на тему притеснения прав русскоязычных украинцев по любому поводу и другое.

С целью выявления и своевременного реагирования на подобные угрозы, в Украине необходим мониторинг внутреннеполитической и информационной ситуации, который в силах осуществлять местные органы государственной власти. А в качестве средства противодействия этническим угрозам нужны информационные мероприятия об истории, культуре, традициях Украины, которых сегодня недостаточно.

Если российский этнический национализм смог проникнуть в украинскую аудиторию, это значит, что у нашего государства слабый «этнический иммунитет».

Автор материала: Вячеслав Гусаров