«Самый резонансный для многих вопрос, отраженный в новом законопроекте Минобразования – это введение 12-летнего обучения», — считает Инна Совсун, первый замминистра образования Украины.

Дипломы о высшем образовании, полученные в Украине, не котируются в Европе. Что мешает повысить уровень нашего образования?

Подобные вещи не урегулируешь никакими договоренностями, законодательством – это вопрос репутации и престижа украинского образования. Откровенно говоря, есть разница в отношении к выпускникам различных украинских университетов. Если студент, к примеру, едет продолжать обучение из университета им. Шевченко, то в европейском вузе к нему не возникнет лишних вопросов. Когда я ехала учиться на магистратуру, время признания моих документов об образовании и квалификации заняло сутки. Уже на следующий день я приступила на общих началах со студентами из других стран к обучению. Если же украинец едет с дипломом малоизвестного университета, конечно, у него, к сожалению, наверняка возникнут трудности. К тому же, например, все медики обязаны подтверждать квалификацию, поскольку, чтобы сдать экзамен на доступ к работе, им необходимо освоить такие технологии, которых в Украине из-за скудной базы просто нет…

И как долго это будет продолжаться?

Как вы понимаете, этот вопрос за два года не решается. Мы очень отстали от цивилизованных стран, у нас не было никакой положительной динамики на протяжении 25 лет, потому приходится наверстывать упущенное. Ключевым вопросом для повышения качества образования должно стать объединение высшего образования с новейшими научными исследованиями. Высшее образование, которое не базируется на современных научных достижениях, никогда не будет качественным. У нас же наука и университеты всегда были разделены и их сближение происходит с огромным скрипом.

Как в университетах воспринимают нововведения?

Тяжело, поскольку все привыкли к сложившимся алгоритмам. Мы хотим наделить университеты максимальными автономными правами, чтобы не было необходимости вмешиваться в их внутренний уклад. И мне в ответ на это говорят: «Как это? Министерство больше не будет определять программы для университетов? Студенты будут сами выбирать себе предметы, которые считают нужными? Они же дети!» Меня всегда удивляет такое отношение к студентам – это взрослые люди, которые могут голосовать, выбирать президента и депутатов, могут служить в армии, воевать, но выбирать себе часть предметов для обучения (25% от всех дисциплин) они не могут? Выбирая предметы, студенты будут влиять на процесс и качество преподавания в своем вузе, ведь никто добровольно не выберет преподавателя, который 20 лет подряд бубнит себе под нос скучную информацию.

Вот вы говорите, нет положительной динамики, отсталость… А чего тогда к нам по-прежнему приезжают иностранцы учиться?

В большинстве вузов учебу иностранцев воспринимают, как бизнес, способ зарабатывания денег, а не как возможность выпустить грамотных специалистов, уровень знаний которых будет оценен в последствии в других странах. Из-за этого ряд арабских стран и стран северной Африки перестали признавать дипломы медиков-иностранцев, обучавшихся в Украине.

Систему тестирования многие ругают с момента ее введения. Почему в тестах попадаются странные вопросы, кто их формулирует?

Систему ругают, но при этом именно реформа стала самой популярной, согласно статистике, за годы независимости. Большинство тестами довольны, ведь тесты обеспечили справедливые и равные условия поступления для всех абитуриентов. Другое дело, насколько точно тесты оценивают знания, ведь всем понятно, что существуют гуманитарные дисциплины, в которых необходимо писать тексты, чтобы продемонстрировать свои знания и ход мыслей, а не выбирать предложенные варианты ответов. Но пока этот вопрос — в процессе проработки.

Вообще, качество тестов и замечания к формулировкам – это не только украинская проблема, с ней сталкиваются повсюду. Но в целом по ответам абитуриента на вопросы всегда понятен его уровень знаний. Составляют вопросы методисты, которые проходили обучение у американцев. Но чтобы получить качественные тесты, их должны проверить и отредактировать несколько специалистов. А у нас, как вы понимаете, просто нет для этого должного финансирования.

А вы, будучи первым замом министра, проходили тест?

Взрослым не стоит примерять на себя эти тесты, ведь у нас иная память, способ мышления не такой, как у современных учеников. Потому вполне логично, что взрослые не пройдут тесты так, как школьники. Я полностью не проходила тестирование — на это физически не хватает времени. Но я просматриваю вопросы. Думаю, сейчас я бы с легкостью сдала тест по украинскому языку, английскому, а вот с математикой вряд ли справилась бы.

Сейчас разгорается скандал – кто-то в 2014, 2015 гг. внедрялся в электронную систему подсчета результатов тестирования, накручивал отдельным абитуриентам балы. Идет проверка – кому накручивали, будет отчислен. Скольких студентов отчислили за это?

В 2014 и 2015 году случаев вмешательства в базу с последующей коррекцией результатов было 192. Больше никаких данных у нас пока нет, поскольку этим занимается Генпрокуратура, и есть тайна следствия. В свое время подобная информация стала настоящим шоком, притом, что в процентом соотношении 192 случая – это очень мало, меньше сотой процента. Я лично убеждена, что ответственность за подобные вещи быть должна. Пока что все эти 192 человека учатся, но они должны быть отчислены после завершения расследования.

А почему в прошлом году школьники набрали такие низкие балы на ВНО?

Тесты, к сожалению, демонстрируют системный кризис в школьном образовании, это правда. Потому Министерство подало в Раду законопроект «Об образовании», который мы надеемся, будет принят в нынешнем году. Это позволит ввести изменения в школьном образовании. Самый резонансный для многих вопрос, отраженный в новом законопроекте – это введение 12-летнего образования.

Какие аргументы «за» введение 12-летнего образования вы можете привести?

Объем «минимального набора знаний», необходимых каждому человеку, постоянно увеличивается. Мы, к примеру, больше не можем обходиться одним уроком информатики в неделю, нам уже мало одного иностранного языка. А это все — дополнительные часы обучения, их уже просто невозможно втиснуть в 11 лет. Кстати, в Европе 12-летка – это норма, в некоторых странах учатся и по 13 лет…

Уровень образованности выпускников наших школ в сравнении с предыдущим десятилетием повысился или упал?

Упал за 10 лет уровень знаний по математике, физике, естественным наукам. Причина в том, что снижается интерес к этим дисциплинам. Школьники хотят быть бизнесменами или программистами, и никто – химиком, физиком. Еще причина, уровень преподавания в школе, он заметно снизился. Мой дедушка пенсионер, но по-прежнему преподает физику в сельской школе, поскольку знает, что больше некому преподавать. Кто добровольно поедет в сельскую школу учить детей физике? В его кабинете стоит оборудование, купленное в 70-х годах, то есть, ему почти 50 лет (!) – оно морально устарело, никому не интересно проводить опыты. А физика, это такой предмет, который школьники должны «потрогать руками». В прошлом году в одной школе закупили электронные мониторы, к которым присоединены множество проводов. Каждый такой провод является измерительным прибором для тех или иных целей. Можно окунуть его, к примеру, в бутылку с колой, и на экране появится развернутая информация о составе, кислотности, весе, концентрации и так далее. Дети были в восторге! Такие нововведения вызывают живой интерес к обучению, дети будут с удовольствием ходить в школу.

А многие ли абитуриенты едут получать образование за границу?

В процентном соотношении их часть очень незначительная, гораздо меньше 10%. Если у нас в этом году 270 тысяч выпускников, то из них максимум 5-6 тысяч поедут учиться за границу. Больше всего едут в Европу абитуриенты с Западной Украины – это региональная специфика. А вот госпрограммы обучения абитуриентов за границей в стране, в которой идет война… Нет, на это, конечно же, денег нет. Считаю, приоритеты однозначно необходимо менять и как можно быстрее.

Автор материала: Алиса Светлакова