История создания и существования Конституции Украины похожа на настоящий политический триллер

317

История создания и существования Конституции Украины похожа на настоящий политический триллер. Наш Основной Закон выдержал немало испытаний, ведь перекроить его пытался каждый президент (нечто подобное происходило во Франции, правда, в далеком XIX веке). И самое главное, что все изменения всегда предлагались только «во благо». Чье благо? На этот вопрос даже отвечать смешно. И одновременно грустно.

Многострадальная Конституция

В 1995 году Украина оставалась последней из стран постсоветского пространства, которая так и не приняла Основной Закон. И вот 8 июня 1995-го тогдашний президент Леонид Кучма и спикер Александр Мороз подписали Конституционный договор. Это была своеобразная прелюдия к той самой исторической ночи с 27 на 28 июня 1996 года, когда все-таки удалось принять Конституцию.

В 2000-м Кучма (это было еще до убийства Георгия Гонгадзе и «кассетного» скандала) решил усилить свои полномочия. Он стал инициатором проведения референдума, на котором украинцам задали несколько вопросов: поддерживают ли они снятие депутатской неприкосновенности, введение двухпалатного парламента, уменьшение количества депутатов до 300, право президента распускать Раду, если в течение месяца не будет сформировано большинство или если народные избранники в течение трех месяцев не принимают госбюджет? Все эти конституционные изменения были поддержаны, вот только Рада до них так и не добралась. Уже было просто не до этого.

В 2003 году Кучма передумал и вознамерился превратить Украину в парламентско-президентскую республику, соответственно сократив полномочия президента. Проект этой Конституции готовился весьма активно. А во время Помаранчевой революции сужение полномочий главы государства стало как раз компромиссом для возможности проведения третьего тура выборов. Так в 2004 году мы получили новый Основной Закон.

Став президентом, Виктор Ющенко сначала сам пытался оспорить определенные нормы в Конституционном суде, но это у него так и не получилось. Тогда он создал Конституционный совет, который должен был опять-таки провести всенародное обсуждение конституционной реформы. Но и тут не сложилось.

В 2010 году президенту Виктору Януковичу через КС удалось вернуть Конституцию 1996 года и значительно усилить свои позиции. А 21 февраля 2014 года Верховная Рада сделала камбэк Основного Закона 2004 года…

Так бы мы и жили: одно усиливали, другое ослабляли, если бы не война. В рамках Минских договоренностей Украина согласилась внести в Конституцию изменения в части децентрализации. «Изюминкой» этого документа стал как раз особый статус отдельных территорий Донецкой и Луганской областей.

«Каждый президент, переписывая Конституцию, пытается усилить свои полномочия — Кучма, Ющенко, Янукович, теперь Порошенко. Это абсолютно недопустимая практика, — рассказывает директор Украинского института анализа и менеджмента политики Руслан Бортник. — Она демонстрирует, что люди, которые оказываются на этом посту, просто не понимают функций президента. И рассматривают свою должность как элемент контроля над страной, политической и экономической системой. А не как платформу, благодаря которой можно сделать страну лучше. Я вообще считаю, что у нас ущербная форма политической системы. Любые смешанные системы в условиях Украины приводят лишь к постоянному перетягиванию каната. Нужна или парламентская система, или президентская модель. Только так общество поймет, кто и за что отвечает, кто виноват и кто молодец».

Политолог, преподаватель КНУ имени Тараса Шевченко Петр Олещук рассказывает о еще одной опасности постоянного перекраивания Основного Закона — возникновению правового нигилизма.

«В мировой практике, если речь идет о цивилизованных странах, где Конституция выполняется, ее переписывание — скорее исключение. Бывают, конечно, ситуации, когда президент может начать серьезную конституционную реформу, как в свое время Шарль де Голль во Франции, что предзнаменовало создание нынешней Пятой республики. Но все-таки это исключение, и это должно быть связано с какими-то чрезвычайными событиями.

Никто не может сказать, что украинская Конституция, даже в своей изначальной редакции, была плохой, или не предоставляла соответствующих прав и свобод гражданам, или не прописывала механизмы государственного устройства. Проблема в том, что у нас Конституцию никто не выполняет, пытаясь ее обойти. Благодаря многочисленным правкам и заплаткам у общества возникает настроение правового нигилизма. Все привыкли, что Конституция — это пустая бумажка, и выполнять ее необязательно», — поясняет Олещук.

Вечность в «подарок»?

Пока в парламенте происходят баталии касательно потенциального голосования за внесение изменений в Конституцию в части децентрализации, Россия выдвинула еще одно требование. Представитель РФ в трехсторонней контактной группе Борис Грызлов заявил, что Киев должен законодательно закрепить особый статус Донбасса на постоянной основе (а не на три года, как предусмотрено соответствующим законом) по формуле, предложенной министром иностранных дел Германии Франком-Вальтером Штайнмайером. К тому же, по предложению Грызлова, полномочия избранной на предстоящих выборах в Донбассе власти не должны быть прекращены в 2017 году, как это предусматривают те самые изменения в Основной Закон в части децентрализации.

«Нам это все совершенно не нужно, особенно в то время, когда Россия слабеет. Идти на поводу у РФ не просто глупо, а преступно. Украине нужно тянуть время, и референдум мог бы помочь в этом. Потом, получив ответ украинцев о непринятии этих изменений в Основной закон, уже можно ставить вопрос перед мировым сообществом, что положения Минских договоренностей должны быть пересмотрены как неприемлемые для украинского народа», — поясняет Петр Олещук.

По мнению политолога, несмотря ни на что политические торги будут продолжаться. Но многое зависит от внешнеполитической конъюнктуры.

«Возможен вариант, что голосования вообще не будет, точно так же возможно, что изменения попытаются проталкивать любыми путями. Но на самом деле нам нужно постараться затянуть этот процесс на 2016 год. Все дело в том, что это последний год нынешней администрации президента Обамы. По сути, весь минский процесс — это любимая игрушка его администрации, цель которой показать успешность американской дипломатии. Скорее всего, когда придет новая администрация, она захочет пересмотреть все эти процессы и изменить свою позицию. При этом не важно, будет это президент демократ или республиканец», — рассказывает Олещук.

В то же время Руслан Бортник обращает внимание еще на один важный аспект (на самом деле не менее опасный, нежели особый статус): «В одном документе объединили вопрос децентрализации власти и проблему Донбасса. На самом деле после проведения реформы децентрализации президент получит право отстранять мэров от выполнения их обязанностей, останавливать любые акты органов местного самоуправления. Я думаю, что в нынешнем своем виде эта реформа вряд ли будет проголосована. Вероятность этого 30%. Этот законопроект не воспринимается большинством политических сил, которые имеют региональные корни, из-за того, что президент фактически захватывает местное самоуправление».

Несмотря на это, по мнению Бортника, нас все равно ждет очень длительный процесс. Возможно, документ будет переформатирован с учетом замечаний, которые выдвигают малые участники коалиции. Но также вероятно, что президент решится через месяц-два поставить его на голосование в нынешнем виде. Вот только если голосование провалят, то конституционные изменения можно будет внести в парламент лишь спустя год.

«У России и сепаратистов остается другой стоп-кран. Они в любой момент, даже если Украина проголосует изменения в Конституцию, могут сказать: а мы не согласны с ними, ведь с нами ничего не согласовывали… Так что это очень опасный процесс», — констатирует Бортник.

Вместе с тем не стоит забывать, что тот самый особый статус Донбасса фактически заработает только после проведения на отдельных территориях местных выборов по украинскому законодательству. А это вопрос не менее опасный и щекотливый. Потому как террористы давно требуют принятия соответствующего закона. И здесь дела обстоят куда проще, нежели с Конституцией. Ведь для этого нужно всего 226 голосов парламентариев.

«Выборы при открытых границах просто легализируют террористов. Обратите внимание, что террористические образования потребовали, чтобы им дали право контролировать Госпогранслужбу! Но даже если мы получим контроль над границей, то как его сможем осуществлять, когда в тылу будут находиться боевики? Непонятно. Между тем большинство норм Минских договоренностей были невыполнимы в принципе», — заключает Бортник.

По его мнению, на самом деле Россия через подконтрольных ей сепаратистов пытается закрепить нынешнее положение вещей и добиться снятия санкций с РФ.

Услышать голос народа

Лидер фракции «Батьківщина» Юлия Тимошенко считает, что принятие изменений в Конституцию относительно децентрализации не принесет ожидаемого мира и является реализацией планов Кремля по разрушению суверенитета Украины.

«Это циничный обман, когда словом «децентрализация» прикрыли кулуарные договоренности между Кремлем и властной верхушкой Украины о совершенно неприемлемом для Украины урегулировании военного конфликта на востоке», — отметила Тимошенко.

По мнению политика, только народ имеет право решать такие вопросы: «Референдум обязательно нужен по любым изменениям в Конституцию Украины».

С подобной инициативой выступил и премьер Арсений Яценюк. Вот только в его случае все это выглядит как шантаж. Судите сами: ранее подконтрольная ему фракция «Народный фронт» особых опасностей в этом документе не видела. Сейчас же отказывается голосовать до тех пор, пока РФ не выполнит условия Минских договоренностей, а также пока не будет проведен плебисцит. Все эти заявления уж как-то очень совпали по времени с возможной отставкой Яценюка. Посему вывод напрашивается сам собой: теплое премьерское кресло можно с легкостью поменять на 81 голос «за».

Если отбросить премьерский шантаж на этой теме, то станет абсолютно очевидным, что референдум — это действительно лучший выход из ситуации. По мнению политолога Петра Олещука, плебисцит — это форма прямой демократии. Украинцев действительно взбудоражили эти изменения, и вполне логично было бы у них спросить, а нужно ли принимать такие правки в Основной Закон. Если плебисцит пройдет, то решение украинского народа будет окончательным. А посему закончатся все дискуссии, а политики не смогут ничего опротестовывать.

Автор материала: Яна Джунгарова