Когда Украина дождётся массовых посадок ВИП-коррупционеров

285

Закон о Высшем антикоррупционном суде принят. Осталось дождаться массовых посадок ВИП-коррупционеров. Однако гарантий, что этой касте неприкасаемых придёт конец, никто не даёт.  Выступая перед депутатами в день голосования за законопроект о создании Антикоррупционного суда, президент Пётр Порошенко акцентировал внимание на своей личной заслуге в его продвижении. Этот факт трудно не признать, правда, с одним уточнением. 

Видимые усилия к принятию данного документа Администрация президента начала прилагать лишь на финишной прямой почти двухлетнего марафона, когда ранее подбадривающие возгласы, раздающиеся в парламенте, пере­шли в свист и улюлюканье. До того глава государства и его команда норовили сойти с дистанции, то заявляя, что Украине негоже уподобляться Уганде, где такой суд уже есть, то предлагая ограничиться созданием антикоррупционных палат при существующих судах, то утверждая, что участие в избрании судей-иностранцев несёт угрозу государственному суверенитету страны.

И лишь консолидированная позиция МВФ, Всемирного банка и Евросоюза, а также острая потребность в средствах международных доноров заставили украинскую власть выполнить требование Запада. А заодно и своё обязательство в рамках борьбы с коррупцией в Украине.

Зачем он нужен

Этот суд — недостающий элемент антикоррупционной инфраструктуры, которая выстраивается в Украине. Её архитектура состоит из независимого следствия, независимой прокуратуры и независимого суда. Два первых компонента — Национальное антикоррупционное бюро и Специализированная антикоррупционная прокуратура уже созданы и начали расследовать дела нечистых на руку высокопоставленных чиновников. Вот только вынесенных приговоров в отношении коррупционеров пока очень мало.

За время существования НАБУ его детективы завершили досудебное расследование по 135 производствам, сообщается на сайте бюро. По всем делам прокуроры САП направили обвинительные акты в судебные инстанции. Однако реальное наказание в виде лишения свободы постигло лишь троих коррупционеров по двум приговорам. Вообще, судебные решения вынесены только в 30 делах. При этом большинство из них — соглашения о признании вины со второстепенными участниками коррупционных схем. По 47 производствам судебные рассмотрения даже не начинались. К примеру, в деле по нанесению ущерба Государственной продовольственно-зерновой корпорации Украины подготовительное заседание суда не может состояться уже более полутора лет.

«Дела НАБУ практически не двигаются к раскрытию из-за того, что тормозятся в судах. Задача Антикоррупционного суда как раз и будет состоять в устранении этого тормоза, чтобы дела слушались в разумные сроки», — говорит директор НАБУ Артём Сытник.

Проблема ещё и в том, что обычные суды, как утверждают антикоррупционеры, блокируют НАБУ доступ к документам, необходимым для расследования, отпускают подозреваемых под небольшие для них залоги и «сливают» закрытую информацию об обысках, на которые выдают разрешение. В связи с этим большие надежды возлагаются на Антикоррупционный суд.

Кого судить будет

В новую судебную инстанцию будут передаваться коррупционные дела в отношении высшего руководства государства, судей, сотрудников правоохранительных органов, народных депутатов, директоров госпредприятий, мэров. Всех тех, кто является потенциальным «клиентом» НАБУ и подозревается в противоправных действиях, в результате которых государству нанесён ущерб в размере свыше 500 прожиточных минимумов (порядка 900 тыс. грн).

Однако те антикоррупционные дела, которые уже рассматривают в судах общей юрисдикции, там и останутся до вынесения окончательного решения. Речь идёт, в частности, о судебных процессах в отношении экс-руководителя фискальной службы Романа Насирова, экс-главы Госаудитслужбы Лидии Гавриловой, бывшего народного депутата Николая Мартыненко. Правда, апелляции на решения судов по этим делам будет рассматривать уже Высший антикоррупционный суд.

Чтобы предстать перед ним, нужно быть обвинённым в присвоении и растрате имущества путём злоупотребления служебным положением (ст. 191 УКУ), нецелевом использовании бюджетных средств (ст. 210), подкупе (ст. 354), похищении наркотических веществ путём злоупотреб­ления служебным положением (ст. 308) и ряде других преступлений.

Юрисдикция Антикоррупционного суда была одним из спорных вопросов на этапе принятия закона. Представители президентской команды утверждали, что если суду отдадут все дела НАБУ, то это сделает его специальным судом, что запрещено украинской Конституцией. Но Венецианская комиссия рекомендовала сделать именно так, а МВФ настаивал на выполнении её рекомендаций. В результате у противников Антикоррупционного суда появилась возможность обжаловать его создание в Конституционном суде.

А судьи кто

Формируя критерии отбора на должность судьи Антикоррупционного суда, на Банковой настолько увлеклись этим делом, что в документ внесли нереалистичные требования к кандидатам. Общественные активисты тотчас заговорили о том, что это сделано специально, дескать, так АП заведомо создаёт условия, чтобы судейскую команду вообще нельзя было сформировать. В итоге требования смягчили, но и теперь они выглядят жёсткими.

Так, претендент должен быть не моложе 35 лет, обладать знаниями, а также практическими навыками, необходимыми для осуществления судопроизводства по делам, связанным с коррупцией. Кроме того, он должен иметь минимум пять лет стажа работы судьёй или обладать научной степенью в области права и одновременно семилетним стажем научной работы в этой сфере. Среди альтернативных требований — семилетний опыт профессиональной деятельности адвокатом, в том числе по осуществлению представительства в суде и/или защиты от уголовного обвинения. Сможет претендовать на место судьи в Антикоррупционном суде и обладатель совокупного семилетнего стажа работы судьёй, адвокатом и научным сотрудником.

Перечислены в законе также причины, по которым человек не сможет претендовать на судейскую мантию. К таковым отнесена работа (в течение десяти лет, предшествующих назначению) в прокуратуре, полиции, фискальной службе, СБУ, НАБУ, НАПК, Счётной палате и других правоохранительных и контролирующих органах. Не допустят к конкурсу и тех, кто имеет судимость, занимал политические должности, а также в течение последних пяти лет входил в состав руководящих органов политической партии.

Конкурс преткновения

Наиболее конфликтным во время обсуждения и принятия закона стал вопрос о том, кто будет оказывать решающее влияние на отбор вершителей правосудия над коррупционерами. Должно быть, потому что в украинских реалиях независимость суда определяется не столько законодательными нормами и процедурами, сколько людьми, их применяющими. Понимая это, западные партнёры Украины настаивали на том, чтобы последнее слово при отклонении сомнительных кандидатур в состав Антикоррупционного суда оставалось за международными экспертами.

Восьмая статья законопроекта под названием «Конкурс на замещение должности судьи Высшего антикоррупционного суда» правилась в последний момент перед голосованием. Окончательная редакция принятого документа широкой общественности пока не известна. Поэтому большинство наблюдателей ссылаются на комментарий по этому поводу народного депутата Мустафы Найема. «При отборе претендентов на должности в Антикоррупционный суд и их утверждении действуют два органа:

Высшая квалификационная комиссия судей (16 членов) и Общественный совет международных экспертов (6 членов). Половина состава совета может наложить вето на участие в конкурсе кандидатов, относительно честности которых существуют аргументированные сомнения. Для рассмотрения этого вопроса собирается совместная комиссия ВККС и Совета международных экспертов — 22 человека. Преодолеть вето можно 12 голосами, три из которых должны быть от совета», — написал на своей странице в Facebook парламентарий.

Таким образом, резюмировал Найем, независимость Антикоррупционного суда будет определяться независимостью как минимум четырёх членов совета международных экспертов. А любая сторона или институция, контролирующая трёх членов Совета, по его словам, получит гарантированное право инициировать рассмотрение спорных вопросов совместной комиссией.

«ВККС или какой-либо другой орган не будет иметь права преодолевать вето международных экспертов. А значит, история с конкурсом в Верховный суд, когда ВККС преодолела 60% негативных выводов общественных экспертов, не повторится», — прогнозируют в Центре противодействия коррупции.

Однако, по мнению исполнительного директора Transparency International Ярослава Юрчишина, в законе недостаточно чётко прописаны требования к тем организациям, которые могут делегировать своих представителей в Совет международных экспертов. «Согласно принятому документу, с международными организациями должны быть заключены договоры о сотрудничестве в сфере противодействия и предотвращения коррупции. Исходя из этого, например, Всемирный банк не сможет делегировать своего эксперта в этот совет, потому что с Украиной у него подписан только общий меморандум», — отмечает Юрчишин. «Евросоюз также не сможет предложить своих кандидатов, ведь он не является международной организацией. Это только межгосударственное объединение», — говорит народный депутат из фракции «Самопомич» Виктория Войцицкая. Кроме того, многие усмотрели лазейку для установления контроля над членами Совета международных экспертов во внесённой перед самым голосованием правке, которая позволяет входить в него гражданам Украины, рекомендованным международными структурами.

Рано радуетесь

Принятый 7 июня закон о Высшем антикоррупционном суде не сможет заработать в полной мере без ещё одного закона. Согласно внесённым в результате судебной реформы изменениям в Конституцию, «суд образуется, реорганизуется и ликвидируется законом, проект которого вносит в Верховную Раду президент Украины после консультаций с Высшим советом правосудия». Стало быть, теперь глава государства должен, проконсультировавшись с судейским сообществом, представить парламенту законопроект с одной лишь строкой «Создать Высший антикоррупционный суд в городе Киеве».

Но и это ещё не всё. Есть Закон «О судоустройстве и статусе судей». В него, как объясняют Фокусу юристы, необходимо внести изменения, которыми будет определяться порядок отбора и назначения антикоррупционных судей, а также привести его в соответствие с принятым законом о Высшем антикоррупционном суде. Выходит, на пути к запуску суда — ещё два закона, проекты которых даже не вносились в парламент. И это притом, что народные депутаты через месяц уходят на каникулы.

Кроме того, согласно процедуре создания Антикоррупционного суда, расписанной в законе, 25 дней отводится на приём заявок от кандидатов на должности судей. Затем три месяца будет проводиться проверка данных, предоставленных о себе соискателями, и ещё столько же — заседать Высшая квалификационная комиссия и Совет международных экспертов. Затем три месяца отведут на экзаменацию претендентов. «До президентских выборов закон наверняка не заработает. Если учесть время, необходимое на отбор кандидатов в судьи, анализ данных, экзамены, то начать заседать суд сможет не раньше апреля будущего года», — прогнозирует народный депутат Виктор Чумак.

Но Пётр Порошенко полон оптимизма. Он уже подписал закон и призвал иностранных партнёров как можно скорее предложить своих кандидатов в Совет международных экспертов. «Обращаюсь к Высшей квалификационной комиссии судей и к Высшему совету правосудия: готовьтесь к напряжённой работе, суд нам нужен в этом году. Что бы вам ни рассказывали другие. Я никому не дам остановить этот процесс. Не дам. Так как есть воля украинского народа и моя политическая воля как президента», — заявил глава государства на недавней встрече со студентами.

Впрочем, даже если суд сформируют в короткие сроки, у многих остаются сомнения в том, что он оправдает возложенные на него надежды.

По мнению директора Национального антикоррупционного бюро Артёма Сытника, задача суда — не только качнуть касту неприкасаемых, но и разрушить её полностью. «Ведь приговоры Антикоррупционного суда как раз и будут теми ударами, которые завершат начатую НАБУ работу», — надеется он.

В любом случае Украина получила шанс отмыться от репутации одной из самых коррумпированных стран мира. Парадокс лишь в том, что использование этого шанса во многом зависит от тех, кто противился его появлению.

Автор: Ольга Чёрная