Конец эпохи Порошенко

328

Чем она больше всего запомнилась и опостылела украинцам?

Его поражение было очевидно уже 1 апреля, после объявления результатов первого тура. И у него было досрочно времени, чтобы принять неизбежное, смириться и уйти со сцены достойно, публично признав свои ошибки и пожелав удачи следующему президенту. Но вместо этого он панически вцепился в своё кресло и, в попытке обрушить рейтинг своего оппонента, за три последующие недели наговорил и наделал многоженство глупостей. Так и не поняв, что украинцы голосуют не столько за Зеленского, сколько против Порошенко и итогов его пятилетнего правления.

Sic transit gloria mundi

Данные экзит-полов с избирательных участков полностью совпали с результатами опросов, проведенных за несколько дней до выборов. Поэтому уже до окончания официального подсчета голосов, можно было уверенно сказать, что Владимир Зеленский выиграл выборы с оглушительным результатом в 73%. Что является абсолютным рекордом в истории украинской политики.

Прежний политический рекорд принадлежал Леониду Кравчуку, который победил на выборах 1991 года с результатом 61,59% голосов, и он оставался непревзойденным целых 28 лет. Кучма в 1999-м получил 56,25%, Порошенко в 2014-м 54,70%, а вот рекорд минимального доверия (48,95%) был у Януковича в 2010-м.

Результат Владимира Зеленского сопоставим с рейтингом его российского тезки (и теперь уже коллеги) Владимира Путина: тот на последних выборах в 2018 году набрал 76,69%, что тоже стало российским рекордом. Стоит вспомнить, что в 2000-м Путин начинал с рейтингом 51,95%, имея за спиной лишь имидж непьющего полковника. Так что у Зеленского есть шансы побить свой же рекорд на следующих выборах, достигнув рейтинга белорусского «бацьки» Лукашенко, однако он заявляет, что не намерен баллотироваться на второй срок.

На противоположной стороне оглушительной победы Зеленского — оглушительный разгром Порошенко. Конечно, рекорд минимального рейтинга действующего президента он не побил, тот так и остался за Виктором Ющенко (5,45%). Но всё же 16% в первом туре и 24% во втором это провал! Для сравнения: Кравчук в 1994-м проиграл выборы с 45%, Янкович в 2004-м с 44%.

Но если Ющенко изначально был слабым президентом, стабильно терявшим свою власть и рейтинг все пять лет правления, то Порошенко до самых выборов казался очень сильным политиком, разгромившем всех своих противников. Его единственной проблемой был рейтинг, плававший между 9-12%, но на Банковой считали, что решат её так же легко, как и Кучма в 1999-м (начинавший с 7%). Но эта легкомысленность и погубила Порошенко: увлекшись борьбой с конкурентами, он уделял слишком мало внимания избирателям. Полагая, что тем вместо хлеба достаточно дешевых зрелищ.

Обычно в таких случаях пишут «прозрение наступило слишком поздно». Но беда том, что Порошенко так и не прозрел, и до самого последнего часа не желал осознать, что в его поражении виноват не Путин и не Коломойский, а он сам.

Вехи истории: начало

Эпоха Порошенко стартовала 25 мая 2014 года, с его победы в первом же туре внеочередных президентских выборов. Победы достаточно неожиданной, такого президента словно «ветром надуло». Действительно, еще за полгода до этого никто не смог бы разглядеть в «простом украинском олигархе», лишь недавно затесавшегося в ряды оппозиции, будущего нового президента. Порошенко воспринимали как миллиардера, бывшего высокопоставленного чиновника (при Ющенко и Януковиче), ловкого придворного интригана — но никак не политического лидера. У него даже не было собственной политической платформы, он просто в очередной раз запрыгнул в чужой вагон – и занял в нем место кондуктора путем закулисных политических договоренностей.

Но такое уж тогда было время, события и персонажи стремительно менялись в головокружительном вихре. Прозападные либералы вышли на Евромайдан против Таможенного союза, их тут же сменили националисты и «Объединенная оппозиция», к ним сразу присоединились все недовольные «донецкими». Янукович сбежал, власть немедленно оказалась в руках Турчинова и Яценюка, Тягнибока просто сразу же оттолкнули, как и вышедшую из тюрьмы Тимошенко, а Кличко отдали пост мэра Киева.

И пока все думали, как и чем ответить на вторжение «зеленых человечков» в Крым, в кулуарах «нарисовался» Петр Порошенко, заявивший, что уже договорился о своей поддержке Америкой и Европой. И вот этот человек, на тот момент не имевший даже своей партии (его «Солидарность» закрыли годом ранее за отсутствие всякой активности), вдруг каким-то чудом стал самым популярным кандидатом в президенты – и выиграл выборы в первом же туре.

Секрет «чуда» состоял в том, что Порошенко со всеми договорился: Кличко отказался от участия в выборах в его пользу (и весь «УДАР» работал на победу Порошенко), его поддержал Юрий Луценко, фактически на него работал админресурс Яценюка и Турчинова (с которыми он договорился о не поддержке Тимошенко), его поддержал даже одиозный «наместник Крыма» Сергей Куницын со своей «Всеукраинской ассоциацией ветеранов Афганистана». В общем, вот так из человека, ранее никогда не бывшего публичным политиком, слепили нового лидера.

Окаянный 2014-й

Свою роль сыграли обещания Порошенко завершить АТО «за часы», выплачивать его участникам по 1000 гривен в сутки, отказаться от мобилизаций, вернуть гривну на отметку 10 за доллар (он был уже по 13), защитить русский язык от нападок «украинизаторов», сохранить в Украине свободу слова и политических взглядов, и даже «найти приемлемые способы сотрудничества с Россией». Он также обещал нещадно бороться с коррупцией, особенно с оффшорными схемами, и продать своей «Roshen».

Украинцы ему поверили, однако ничего из этого Порошенко так и не выполнил. Более того, всё вышло ровно наоборот. Уже через две недели после своей инаугурации, новый президент подписал указ о третьей волне мобилизации, в разы превзошедшей две предыдущие: если при Турчинове весной 2014-го в армию «забрили» около 15 тысяч резервистов, то третья волна Порошенко, долившаяся до осени, вырвала из мирной жизни почти 90 тысяч громадян. Так война фактически постучалась в дом каждого украинца – и она не собиралась заканчиваться.

В июле началось «великое порошенковское наступление», в ходе которого ВСУ вошли в Славянск (из которого дали уйти Гиркину и Мотороле), а затем начали сжимать кольца вокруг Донецка и Луганска. По плану всё должно было закончиться ко Дню независимости Украины (а это полтора месяца активных боевых действий, а не часы), однако когда Порошенко принимал парад на трибуне в Киеве, на Донбассе в «котлах» гибли сотни украинских солдат. В сентябре, после контрнаступления сепаратистов в сторону Мариуполя, стало очевидным, что военная компания с треском проиграна. Фактически признавая свой поражение, Киев был вынужден подписать Минские соглашения.

Это было шоком, и не только из-за больших потерь. Сам факт того, что регулярная армия, с танками и авиацией, была окружена и разбита какими-то «партизанами», пусть и поддерживаемых Россией, пошатнул веру людей в вооруженные силы своей страны. Но более всего он пошатнул доверие к своей главнокомандующему, который в то время активно занимался переводом своих активов в панамские оффшоры.

Так началось политическое падение Порошенко. И с этого же момента, пытаясь как-то оправдаться перед избирателями за кровавые «котлы», Порошенко запустил свой тезис о «войне с российским агрессором», ставший официальной трактовкой событий на Донбассе. Мол, ВСУ наткнулись на Донбассе не на простых ополченцев-боевиков, а на замаскированные под них полки спецназа российской армии. Соответственно, сепаратистов было велено впредь называть не иначе как «российско-терристические войска».

Но еще больше, чем война, украинцев тогда ошарашил новый экономический кризис. Летом и осенью продолжали лопаться банки, чьи владельцы воровали и выводили из страны деньги вкладчиков и рефинансирование Нацбанка. Гривна опустилась до 16, а затем до 18 за доллар, а в магазинах начали расти цены. Вместе с этим правительство затеяло «реформу ЖКХ» путем увеличения коммунальных тарифов. Однако пенсии были заморожены, фактически перестали расти и зарплаты, так что украинцы вдруг обеднели в два раза – и это было только начало!

Смутный 2015-й

О том, что сепаратисты обязательно предпримут попытку перерезать Дебальцевскую дугу, еще в конце 2014 года буквально кричали многие украинские СМИ. Но в кабинетах главнокомандующего этой очевидной угрозы не видели в упор – видимо, там занимались более важными вопросами перераспределения денежных потоков и дележки портфелей в новом правительстве. Поэтому когда в январе 2015 года наступление сепаратистов всё-таки началось, то оно вновь стало для ВСУ «неожиданностью».

Эта «неожиданность» стоила жизни еще нескольких сотен украинских солдат (по неофициальным данным – намного больше), и стала самым кровопролитным сражением АТО. Потери с обоих сторон были ошеломляющие, после Дебальцево они уже никогда не вели масштабных боевых действий, а 12 февраля в Минске было подписано новое мирное соглашение.

Порошенко пришлось врать про «успешный плановый отвод войск», но факт чудовищной некомпетентности командования ВСУ и политического руководства Украины замалчивать было уже невозможно. Рейтинги Порошенко снова упали, на этот раз уже в действующих войсках.

Усугубляя ситуацию, президент запустил четвертую, а потом и пятую волны мобилизации. Украинцы, напуганные страшными новостями с фронта, начали массово уклоняться от призыва: мужики уезжали на заработки или меняли место жительства. Военкоматы объявили на них охоту, в первую очередь на студентов, буквально устраивая облавы. Людей хватали возле супермаркетов, метро, на автовокзалах, задерживали и везли на призывные пункты. Но даже такими методами к середине 2015 года план мобилизации был выполнен только на 60%.

Тем временем, весной правительство в 3 раза подняло тарифы на газ и на 50% на электроэнергию (к концу года подорожавшую вдвое), доллар перешагнул рубеж 20, а ВВП страны упало по сравнению с 2013 годом более чем в два раза. По уровню доходов населения Украина стала самой нищей страной Европы – считая даже страны бывшего СССР. Однако Порошенко умело уклонялся от ответственности за экономический кризис, перекладывая её полностью на правительство Яценюка. Это вызвало конфликт между БПП и «Народным фронтом», правящая коалиция в Раде начала рассыпаться.

На фоне этого по Украине прокатилась волна «правого террора». Весной 2015-го в Киеве убили Олеся Бузину, летом в Мукачево «Правый сектор» на джипах с пулеметами устроил бой с полицией, а 31 августа правые радикалы бросили гранату в солдат Нацгвардии, охранявших Верховную Раду. Во многих городах бесчинствовали и занимались рэкетом «патриотические движения» и какие-то стихийные «батальоны», народ говорил о скором третьем Майдане, который устроят националисты.

В ответ Порошенко вновь поступил как дворцовый интриган и комбинатор, а не ответственный лидер нации. Он поставил во главе СБУ своего бывшего охранника Грицака, и тот в союзе с Генпрокуратурой (её возглавлял лояльный Порошенко Виктор Шокин, после него — Юрий Луценко) довольно быстро «угомонил» самых упрямых национал-радикалов. Но одновременно с этим, дабы не терять поддержку правых, Порошенко сам поднял их лозунги.

Так он перекрасился в «ультра-патриота»: объявил войну русскому языку и «российской культурной экспансии», начал гонения на УПЦ МП (чьим прихожанином еще недавно был сам) и возобновил ющенковский проект «единой национальной церкви». Но что самое удручающее, в Украине началась инициированная Банковой и СБУ «шпиономания». Теперь во всех противниках, и даже просто в критиках власти, просто в людях размещающих в своих блогах «запрещенную» информацию видели «агентов Кремля» и «пособников террористов». Так Украину впервые с 80-х годов накрыл мрак цензуры и политических репрессий, люди стали опасаться говорить на тему политики даже со своими знакомыми.

2016-2017: борьба за абсолютную власть

Вместо того, чтобы думать над тем, как восстановить территориальную целостность Украины или хотя бы надежно защитить её рубежи чем-то более надежным, чем блокпосты и «стены» из решетки, Порошенко сосредоточился на установлении абсолютной власти.

Конец 2015-го и первая половина 2016-го года запомнились украинцам как череда политических скандалов: Михаил Саакашвили публично разругался с Арсеном Аваковым, Турчинов опубликовал «пленки заседания СНБО» за март 2014-го, на котором Юлия Тимошенко призывала не оказывать сопротивления России, скандально ушел в отставку Айварас Абромавичус. Всех их словно специально сталкивали между собою. А затем в апреле 2016-го долго упиравшееся правительство Яценюка было всё-таки отправлено в отставку. Премьер-министром стал Владимир Гройсман – глава союзного Порошенко клана «винницких».

Надежда украинцев на то, что новое правительство поможет народу выбраться из нищеты, а стране из долгов, не прожила и месяца: уже в мае Гройсман устроил повышение тарифов на газ еще в 2 раза. Одновременно с этим новый глава минсоцполитики Рева (старый помощник семейства Гройсманов) инициировал новую политику назначения субсидий, направленную на их постепенное сокращение. Среди опешивших украинцев раздались возгласы о «коммунальном геноциде». Однако на их стоны и возмущения уже не обращали внимания.

Рейтинг НФ упал до 1%, Юлия Тимошенко находилась в положении «подбитой чайки», национал-радикалы были разгромлены, Компартия запрещена, а Оппоблок объявлен «пятой колонной Кремля». В руках Порошенко сосредоточились президентская власть, контроль над СБУ, ВСУ и Генпрокуратурой, правительство возглавили его ближайшие союзники. В парламенте «Народный Фронт», боясь досрочных выборов, был вынужден идти на уступки президентской команде, образовав с ней «ситуативную коалицию».

Порошенко решил, что нейтрализовал всех своих политических конкурентов и противников, и добился почти абсолютной власти – которую он употребил для создания различных схем. Именно с этого момента градус украинской коррупции резко пошел вверх. В Украине вновь заговорили о президентской «семье», но теперь это была «семья» Порошенко. Масла в огонь подлил знаменитый Панамский скандал, раскрывший подробности оффшорных схем Порошенко, которыми тот занимался аккурат в разгар боев под Иловайском.

Его ошибкой была ссора с прозападными либералами, к которым относился и «грузинский гость» Михаил Саакашвили, назначенный в 2015 году губернатором Одессы. По какой-то причине, в 2016 года Саакашвили публично восстал уже против Порошенко. В качестве повода он использовал утверждения, что Банковая покровительствует местной одесской мафии (группировка Ангерта-Труханова), не позволяя Саакашвили с ней бороться.

Эффектная отставка Саакашвили тут же сделала его лидером новой украинской оппозиции. И как бы нелепо или даже комично ни выглядел бывший грузинский президент, вокруг него собрались недовольные Порошенко прозападные либералы, поднявшие лозунги борьбы с коррупцией. Вскоре к ним присоединились и часть «патриотов», в частности соратники Семена Семенченко (Кости Гришина), устроившие в начале 2017 года блокаду железнодорожных путей на Донбассе, заявив, что по ним осуществляется «торговля с агрессором».

Так Порошенко получил новое обвинение – во лжи и лицемерии, мол, на публике он призывает всенародно бороться с «российской агрессией», кричит «остаточно прощавай российской империи», а на деле товарооборот с Россией не прекращается, как легальный, так и контрабандный. И это было только началом, потому что следом разразился скандал вокруг т.н. «Роттердамской формулы» и коррупционном союзе между Банковой и олигархом Ахметовым – продолжающим стремительно богатеть.

Нейтрализовать это движение как национал-радикальных «экстремистов» или пророссийских «агентов Кремля» было нельзя, это был новый политический вызов. И всё, до чего додумалась Банковая – это преследовать их лидера, в надежде, что без Саакашвили эта проблема рассосется сама.

Саакашвили, конечно, долго не сдавался. Его лишили украинского гражданства и выслали из страны – он прорвался обратно, устроив из этого триумфальное шоу. Его сторонники разбили под Радой палаточный лагерь, который украинцы прозвали «Михо-Майдан», и который сильно раздражал команду Порошенко. Та, недолго думая, сначала привычно обвинила его в работе на Россию, однако сторонники Саакашвили с этого лишь посмеялись. В конце концов, Саакашвили задержали второй раз, причем для этого пришлось преследовать его по крыше дома.

Видя во всем «руку Кремля», Порошенко всё больше выстраивал свою публичную политику на «борьбе с российской агрессией», при этом заявляя, что эта агрессия бывает также культурной и информационной. В связи с этим в 2017 году началась блокировка популярных российских интернет-ресурсов «Яндекс», «Одноклассники» и «вКонтакте». Смысл этого был совершенно не понятен, а недовольство украинцев лишь усилилось. Президентскую инициативу поддержали только национал-патриоты, которые радовались любым шагам, направленным на изоляцию Украины от России.

2018-й: начало конца

К доллару по 26-28 украинцы постепенно привыкли, да и зарплаты с пенсиями в 2018 году были уже в полтора, а у кого-то и в два раза выше, чем в 2015-м. К тому же, украинцам дали безвиз в Европу: всего на 30 дней, но для сезонных заработков или шоп-туров было достаточно. Казалось бы, жить стало лучше и веселее – а именно на это и рассчитывал президент Порошенко, расслабившись после окончательного изгнания Саакашвили и ареста Надежды Савченко. Но народ всё равно роптал.

Первым острым вопросом, затрагивающим миллионы украинцев, были коммунальные тарифы. Их рост продолжался, в 2018 году газ подорожал еще больше, причем единственным обоснованием были лишь «рекомендации МВФ». Между тем, число получателей субсидий резко сокращалось: в частности, их лишили должников (самую нищую часть населения). Как результата, народ просто перестал платить, и долг населения за услуги ЖКХ вырос: с 27 миллиардов осенью 2017 до 50 миллиардов на конец 2018-го (сейчас он превышает 70 миллиардов).

Вторым острым вопросом стала политика власти. Она полностью определялась Порошенко, но сводилась к имитации «страны, воющей с Россией». А народу уже изрядно надоела идиотская декоммунизация, языковый маразм, запрет российских информационных ресурсов, отмена авиарейсов в Москву, угрозы разорвать с Россией вообще всякое пассажирское сообщение, эти бесконечные «остаточно прощавай».

Между тем, Порошенко не унимался: его новой затеей стало получение томоса для реформированной УПЦ КП. Само по себе подчинение непризнанной «неканоничной» церкви Константинопольскому патриархату с целью её легализации было неплохим выходом из ситуации, пусть даже для этого пришлось пожертвовать самостоятельностью и заграничными приходами. Если бы всё ограничилось этим, то получение томоса действительно бы стало исключительно положительным, добрым событием в истории Украины, кторое было принесло Порошенко лишь позитив.

Дело в другом: это было использовано как повод для нового наезда на УМП МП. Дошло до того, что Банковая попыталась запретить ей так называться, требуя переименоваться в «РПЦ в Украине». Были приняты законы, облегчающие рейдерские захваты храмов «московской церкви», а возле Лавры наготове стояли подконтрольные Банковой радикалы из С14. Это внесло немалую лепту в формирование политического выбора значительной части украинцев, пришедших к выводу: за кого угодно, только не за Порошенко. Что и стало главным лозунгом нынешних выборов.

Не только из-за церкви. Украинцы устали от имитации войны, во время которой реально гибнут солдаты и попадают в плен матросы, реально арестовывают «агентов Кремля». Украинцы бояться, что к концу 2019 года тарифы вырастут настолько, что в итоге люди или начнут голодать, или останутся без крыши над головой. Они бояться, что затеянная Порошенко медреформа просто лишит их всякого доступного медобслуживания. Украинцы устали ждать, когда же их уровень жизни станет таким же, как в 2013 году. Наконец, украинцы устали от «порохоботов», наперебой галдевших, что всё это нормально и Украина «уверенно двигается в Европу».

И, конечно же, свою огромную роль сыграли коррупционные скандалы, то ли дело вспыхивающие вокруг Порошенко и его соратников. Петр Алексеевич напрасно полагал, что избивавшись от Саакашвили, он тем самым срубил голову всему движению. Это ошибка, типичная для дворцовых интриганов. Остановить процесс было уже невозможно, почти всенародно недовольство президентом не нуждалось в определенном лидере – ему было достаточно любой ситуативной фигуры, которая бы воплощала в себе настроения избирателей. И такой фигурой стал Владимир Зеленский.

Иван Пургин