Куда заведет дорога к НАТО без права народного голоса

104

«История наказывает стратегическое легкомыслие», — утверждал классик дипломатии, американский госсекретарь и советник по нацбезопасности, лауреат Нобелевской премии мира Генри Киссинджер. Попытка руководства Украины закрепить стремление стать членом НАТО и ЕС в Конституции не ускорит процесс вступления: в лучшем случае никак не повлияет, а в худшем — может даже приостановить. Вместе с тем, Конституция в случае изменения ее по сценарию президента Порошенко превратится по сути в избирательную листовку.

Еще в феврале 2018 года президент Петр Порошенко решил первым въехать на коне в новый политический сезон как главный интегратор Украины в ЕС и НАТО, и инициировал изменения в Основной закон, которые закрепляют евроатлантический курс страны. Однако конкуренты стали его поджимать. Юлия Тимошенко, презентуя проект своего предвыборного «Нового курса», предложила и вовсе «новий суспільний договір», то есть в целом новую Конституцию. Параллельно лидер «Батьківщини» запустила в качестве ведущего лозунг «Майбутнє України — в ЄС і НАТО». В общем, президенту пришлось делать ход конем.

Конкуренция за звание «главного евроинтегратора»

26 апреля 2018 года Конституционный Суд Украины (КСУ) своим решением признал Закон «О Всеукраинском референдуме» утратившим силу. Эксперты расценивают это решение как политическое. Тем более, что принималось оно неполным составом суда КСУ. Судейский корпус был полностью сформирован только 24 сентября этого года. Так как Верховная Рада в июле приняла новый Закон «О Конституционном Суде», то ответственность лежит и на парламенте за то, что украинцы, по сути, лишены права принимать судьбоносные решения для страны путем прямого волеизъявления на референдуме.

Мотивы Петра Порошенко зафиксировать в Конституции курс на ЕС и НАТО, по мнению политологов, следует искать в его опасениях, что найдутся инициаторы вынести эти вопросы на общенациональный референдум и соберут 3 млн подписей жителей не менее двух трети областей Украины, как и предусматривает отмененный КСУ закон.

Референдум о НАТО давно широко используют пророссийские политические силы, а о ЕС — напротив те, кто позиционируют себя проевропейскими. Но оба референдума президенту невыгодны. По вопросу НАТО поддержки большинства украинцев все еще нет: последний соцопрос Фонда Деминициативы им. Илько Кучерива, проведенное совместно с КМИС в сентябре 2018 года, показывает, что «за» — до 42% украинцев. По вступлению в ЕС, которое поддерживают согласно тому же опросу 52% населения, напротив — имидж главного евроинтегратора в истории Украины у Порошенко могут отобрать проевропейские политики (тем более, что такими у нас сейчас стали почти все ведущие партии). В итоге граждан Украины лишили права на референдум из соображений политической конкуренции. После решения КСУ правовой основы для его проведения просто нет.

Изменения о нарушениях

Предложенный президентом Порошенко законопроект об изменениях в Конституцию предполагает, что Верховная Рада остается ответственной за определение основ внутренней и внешней политики, но с поправкой, что курс этот предполагает полноправное членство в НАТО, а президент остается гарантом реализации этого курса. Как видим, здесь уже ставшая традицией в украинском законотворчестве накладка полномочий и ответственности. А вот саму реализацию курса на вступление в Альянс автор законопроекта возлагает на Кабинет Министров. Но по Конституции это не входит в компетенцию исполнительной власти.

Таким образом, законопроект президента об изменениях в Конституцию относительно стратегического курса страны в ЕС и НАТО нарушает сам Основной закон, а именно: принцип разделения полномочий ветвей власти в сфере внешней политики, а также положения о том, что «засади зовнішніх зносин» определяются исключительно законами Украины.

Новый закон «О национальной безопасности» уже определяет фундаментальным интересом Украины получение равноправного членства в НАТО и ЕС. Дублировать это в Конституции просто нет смысла.

Предложение гаранта очевидно закрепляет прямое нарушение принципа народного суверенитета. Изменения в Основной закон вносятся с аргументацией «за чисельними соціологічними опитуваннями така ідея підтримується більшістю громадян». Возникает вопрос: социологические опросы уже имеют юридическую силу? Сомнительна также правовая природа формулировки «подтверждая европейскую идентичность украинского народа».

Сначала референдум — потом изменения в Конституцию

В истории стран — членов и НАТО, и Евросоюза прецедентов фиксации заранее таких норм в Основном законе не было. Только в Венгрии упоминается необходимость считаться с международными договорами в рамках ЕС. Но действующая венгерская Конституция датируется 2012 годом. К тому времени Венгрия была уже членом ЕС (с 2004 года) и уже давно членом НАТО (с 1999 года).

В Литве частью Конституции является Акт, свидетельствующий о членстве в ЕС. Но он также был внесен постфактум, поскольку референдум успешно состоялся в 2003 году, а Основной закон датируется 2004 годом, где звучит следующая фраза: «Выражая волю народа на референдуме…».

В ряде стран — Ирландия, Дания, Франция, Швеция, Австрия — проводились референдумы о вступлении в ЕС. А значит последнее слово было за народом. Причем, по результатам референдумов изменения в Основной закон этих стран не вносились. Идея президента Порошенко провести процедуру в обратном порядке, закрепив в Конституции курс на членство в НАТО и ЕС без референдума, уникальна. Но уникальность эта — отнюдь не достижение.

Всего пять стран проводили референдумы по вступлению в НАТО. Если Испания, Словакия, Словения и Венгрия в итоге стали членами Альянса, то Грузия, где консультативный референдум прошел в год Бухарестского саммита НАТО в 2008-м, все еще нет. На том же саммите члены Альянса признали, что Украина и Грузия однажды присоединятся к Североатлантическому договору.

Македония, например, только 30 сентября провела референдум о вступлении в НАТО и ЕС, и это — после 27 лет споров с Грецией по поводу собственного исторического названия. И хотя почти 91,5% на нем согласились, что ради членства в этих союзах готовы изменить название страны на Республика Северная Македония, но низкая явка — 36,91% — ставит под сомнение легитимность его результатов, так как мнение большинства жителей страны не было услышано.

Референдум в Македонии, на котором почти 91,5% согласились переименовать страну ради членства в НАТО и ЕС, сложно считать легитимным из-за низкой явки (36,91%)

Если не «перемога», то хотя бы сбить с толку

Нынешнее руководство Украины, игнорируя международный опыт, решило нарушить сложившуюся практику и пойти «своим путем». И не важно, что этот путь может осложнить отношения с членами НАТО и лишает украинский народ суверенного права высказываться о стратегическом выборе страны. Наш правящий политический класс не задумывается, что парадигма «перемога — зрада» ни в Брюсселе, ни в Вашингтоне не работает. Возможные послания в столицы Запада о том, что мяч на их стороне, слово за вами, мы ждем, тоже вряд ли пройдут. Более того, на Западе могут посчитать, что не стоит больше возвращаться к вопросу перспектив Украины во вступлении в евроатлантические структуры.

На фоне постоянных деклараций о самых серьезных стремлениях стать членом ЕС и НАТО и даже в некотором роде давлении на Запад для руководства Украины непозволительно оставлять огромные пробелы в имплементации Соглашения об Ассоциации ЕС с Украиной.

Что же касается Североатлантического альянса, то внедрение стандартов НАТО в обороне, углубление сотрудничества по ежегодным программам, в конце концов, получение желаемого ПДЧ (План действий по членству) — вот что следует выносить на повестку дня. Что последовательно и успешно делает Грузия. Поэтому на саммите НАТО в июле Украине уже в резолюции было отказано в «дорожной карте» для вступления, в то время как для Грузии были определены перспективы получения ПДЧ.

Жаль, но, видимо, из мемуаров 33-го президента США Гарри Трумэна, при котором и был создан Альянс в апреле 1949 года, команда президента Порошенко лучше всего усвоила фразу: «Если не можете убедить, сбейте с толку». Только это — явно не тот принцип, который стоит брать за основу во внешней политике.

Владислав Фарапонов