Курс Порошенко считать неизменным

224

«А на Пятом тебя больше смотрели», — сказал Петр Порошенко во время пресс-конференции журналистке «Громадського ТБ», а когда-то — «5 канала» Кристине Бондаренко. Многие журналисты по этому поводу возмутились, и их странички в соцсетях пестрят критикой президента, поддевающего сотрудников прессы (кстати, справедливо: этакой шуточкой Петр Алексеевич унизил в первую очередь себя самого). Предмет в последние полсуток был столь популярен, что в тех же соцсетях находятся даже люди, полагающие, что тема, мол, раскручивается специально, «для отвлечения внимания».

А вот от чего отвлекаться? Что сказал, и чего не сказал президент по поводу важнейших вопросов нашей текущей реальности? Тем более, напомним, пресс-конференцию созвали совершенно неожиданно, и логично было ожидать каких-то откровений… Например, о скандальном прилете в Киев путинского эмиссара Бориса Грызлова. Была ли тайная встреча Грызлова с Порошенко, о которой впоследствии писала пресса?

В принципе, на этот вопрос глава Украины ответил положительно («Я буду общаться с кем угодно, лишь бы вернуть домой заложников и обеспечить режим полной тишины»). Но, увы, никто так и не спросил, о чем же конкретно шла речь. Какие предложения (требования? просьбы?) привез Борис Вячеславович от Владимира Владимировича и, главное, что ему ответил Петр Алексеевич? Ничего этого вчера украинцы так и не узнали.

При этом Порошенко несколько раз с ударением повторил, что 2016-й год станет годом возвращения Донбасса. Но почему это произойдет? Говоря об украинской позиции в «Минском процессе», глава государства повторял общеизвестное: вывод российских войск, разоружение боевиков, освобождение пленных, выборы по украинским законам. Все это должно было состояться еще в прошлом году — и не состоялось. Что заставляет президента верить в осуществимость «Минска» в году нынешнем? Какие такие планеты сменили свой ход? (Кстати, именно этот вопрос собирался задать ваш покорный слуга; но, увы, такие пресс-конференции для 95 % присутствующих журналистов — лотерея, и на сей раз нам не повезло…).

То же и с Крымом. По поводу полуострова Петр Порошенко анонсировал некий новый международный формат — с участием, надо так понимать, США, а то и всех ядерных держав. Но опять же — никакой конкретики, и никаких, даже приблизительных, сроков. И, кстати, что мешало инициировать такой формат в прошлом, а то и еще в позапрошлом, году? Остается только строить догадки.

Зато президент несколько раз, опять же, с ударением, заявил о неизбежности «политико-дипломатического» пути урегулирования проблемы Крыма и Донбасса. Не возразишь, все логично: военным путем Россию нам, увы, не победить. И, что ни говорите, именно украинская дипломатия худо-бедно, но остановила военное развитие конфликта. Но ведь прошлый год убедительно показал, что приостановка конфликта и его разрешение — это те самые «две большие разницы»… Между тем, о принципиально новых политико-дипломатических путях достижения мира мы ничего от президента не услышали.

Волей-неволей возникает подозрение, что Петру Алексеевичу, который вообще известен своей любовью к дипломатической деятельности (и высокой оценкой своих навыков на этом поприще), попросту нравятся все эти постоянные встречи и диалоги с сильными мира сего, от Обамы до, чем черт не шутит, Путина. А может, еще и искренне верится, что в итоге «Минского процесса» его фигура войдет в анналы мировой дипломатии…

В этом смысле «Минский процесс» для президента — этакое собственное детище, как, например, и собственный бизнес, отказаться от которого он не готов ни в какую, хотя перед избранием сам же громогласно обещал. Ранее Порошенко объяснял, что передал активы компании «Рошен» в управление иностранному инвестору. Теперь он снова передал их в управление (по словам президента, договор подписан уже в нынешнем году). Управлять будет некий траст, которым, в свою очередь, будет управлять некий «респектабельный иностранный банк первой категории»; более того, он же, по словам президента, будет этими активами «владеть».

Последнее не очень понятно; кстати, пресс-секретарь президента Святослав Цеголко пообещал автору этих строк, что в АП «рассмотрят вопрос» о хотя бы частичной публикации упомянутого Порошенко договора. Но, в любом случае, пусть президент не может влиять на бизнес-решения траста — зато он может создавать ему удобные условия, влияя на совсем другие решения!

Да и не «Рошеном» единым. Тот же 5 канал Порошенко так никуда и не передал, о чем ему, собственно, напомнила Кристина Бондаренко, вызвав высочайшее неудовольствие. Это неудовольствие — проявление той самой ревности: как, уходят тут всякие с моего канала, еще и меня критикуют…

Президент ревниво относится ко всякому своему детищу, от бизнеса до управленческих или дипломатических решений. Как и к своим людям, кстати. Говоря о главе Нацбанка Гонтаревой или руководителе Одесской области Саакашвили, президент не жалел комплиментов, а от ответа на вопрос о провальной работе Генпрокуратуры под руководством Виктора Шокина просто ушел. При этом Порошенко прекрасно осведомлен о претензиях, которые звучат ко всем этим людям с самых разных сторон. Допустим, президент считает все эти претензии беспочвенными — но разве они исчезнут, если уходить от вопросов или изображать «обвиняемых» ангелами с крылышками? Но, видно, эти соображения душу Петра Алексеевича не терзают.

Так что основной информационный итог внезапной январской пресс-конференции Петра Порошенко, пожалуй, состоит в том, что действующий президент ничего и ни в чем радикально менять не намерен. В том числе, надо думать, и курс «радикальных реформ».

Автор материала: Александр Михельсон