Неожиданный поворот в деле Майдана: ГПУ ведет расследование против себя

354

Как так получилось, что спустя четыре года после Революции Достоинства те люди, которые бросали за решетку активистов, расследуют преступления против этих активистов? Они же могут в результате расследований выйти на самих себя!

Прокурор, который требовал тюремного заключения для майдановцев, сейчас работает в Департаменте Генпрокуратуры и расследует преступления против Майдана.

Журналисты наведались к самому старшему арестованному во время Революции Достоинства – Николаю Пасечнику. Хотели узнать имена людей, которые бросили пожилого пенсионера за решетку. В открытом Едином реестре судебных решений этого решения просто нет, единственная доступная копия находится у 76-летнего Николая Пасечника.

На момент ареста ему было 72 года. Он приехал в Киев 22 января, а уже через несколько часов его повязал «Беркут». Николай был обвинён в участии в массовых беспорядках. Прокуратура требовала содержания его под стражей, Оболонский суд дал добро. По словам самого пенсионера, до самого вечера задержанных держали раздетыми, двери были открыты настежь, а на улице стоял мороз. И на вторую ночью повезли в суд.

После того, как Пасечник дал журналистам документы с фамилиями судьи, прокуроров и следователей, они знали, кого искать.

Прокурор Алина Минчук нашлась в Печерской прокуратуре Киева — сейчас у неё фамилия Головко. Она вела ещё одно дело против другого активиста — Василия Сливинского. Не люстрирована.

Её муж также прокурор. Павел Головко работал против революции, выступал в суде против двух активистов — Едуарда Крижановского и Романа Тысивского. Не люстрирован.

Сейчас Павел Головко работает старшим следователем Департамента специальных расследований Генпрокуратуры, расследует преступления против Майдана и революции. Судебных решений по активистам, против которых выступал Павел Головко в суде, в Едином судебном реестре нет.

После революции прокурорами подается так называемая декларация добропорядочности – анкета, в которой надо поставить подтверждение, что ты хороший. Например, первая графа:

Павел Головко написал в этой графе, что он это подтверждает. Его супруга Алина также это подтвердила в своей декларации.

В Голосеевской прокуратуре после революции проводили проверку ан предмет того, не были ли преследования активистов незаконными. Павел Головко как раз работал в этой прокуратуре. Среди прокуроров, которые проводили проверку, была Ольга Миргородская. Сейчас у неё много совместных и очень интересных фото с супругами Головко.

Помимо этого, журналисты программы обнаружили несколько парадоксальную ситуацию и в имущественных декларациях Павла Головко и его жены.

В прошлом году супруги Головко указывали, что у них на двоих 1 миллион 400 тысяч гривен. В этом году сбережения не только не уменьшились, а даже выросли на 100 тысяч гривен. При этом в декларациях этого года они указали новую недвижимость. Один дом супруги Головко приобрели летом под Киевом. Минимальная рыночная стоимость – до 700 тысяч гривен, адекватная рыночная цена такой недвижимости составляет не менее 1,3 миллиона гривен, а реальная — неизвестна. Тем временем тесть Павла Головко достроил дом на Осокорках в Киеве — стоимость такой недвижимости не менее 4 миллионов гривен.

Ни теща, ни тесть Павла Головко в реестре предпринимателей не числятся. При этом в декларации стоимость недвижимости не указана. Месячная зарплата прокурорской семьи Головко составляет не более 30 тысяч гривен на одного. Как они могли приобрести недвижимость минимум в 600 тысяч гривен на свои зарплаты в 30 тысяч гривен? От комментариев Павел Головко отказался, попросив обратиться в пресс-службу прокуратуры.

Но вопрос по их декларациям второстепенный. Главный вопрос в том, как так получается, что один и тот же прокурор мог тогда преследовать активистов революции, а теперь расследует преступления против революции? Не чувствует ли сам прокурор определённый парадокс данной ситуации?

А если Павлу Головко придётся в рамках расследования допрашивать Эдуарда Крыжановского, которого он сам привлекал, или Николая Пасечника, на аресте которого так настаивала его супруга Алина Головко? Почему вообще Головко взяли в этот департамент?

Это можно было выяснить только у одного человека, начальника Департамента специальных расследований Генпрокуратуры Сергея Горбатюка. Он объяснил, что имеет ограниченное влияние на подбор кадров в это подразделение. Он считает, что это не совсем правильно, но они должны выходить из той ситуации, в которую их поставили. Они просят или прокуратуру города, или области предоставить людей, которые могут работать. Им выделяют человека, и за ним некоторое время наблюдают, исходя из его профессиональных качеств. И после этого принимают решение о принятии в штат. Сергей Горбатюк взял на себя ответственность за принятие в штат Павла Головко и ожидает определенную порцию критики.

Система не помнит, и люди тоже забывают. А сейчас память исчезает даже из Государственных реестров. Например, из Единого судебного реестра, где уже нет решений против активистов с фамилиями прокуроров Павла и Алины Головко.