Фракция «Самопомич» вчера сделала заявление о своем выходе из коалиции. При этом лидеры «Самопомочи» также заверили, что они намерены отозвать представителей своей политсилы с руководящих должностей в парламенте. Впрочем, лидер фракции Олег Березюк не смог дать однозначный комментарий по этому поводу. О клептократах и реформаторах, о секретном инструменте «Самопомочи», о том, когда на самом деле партия задумалась о переходе в оппозицию, и что предлагали депутатам политсилы для сохранения коалиции Олег Березюк рассказал в интервью.

Когда «Самопомич» приняла решение о выходе из коалиции?

Сегодня (18 января — ред.) в 12.00.

А у нас есть информация, что решение было принято еще две недели назад на заседании политсовета во Львове.

Понимаете, у нас решение принимается снизу вверх. Такие серьезные вещи не решаются за день или за одну минуту. Этот вопрос обсуждался давно. Мы видели, что клептократично-олигархическая система сужает это кольцо наглости и цинизма. Это было видно по тому, как принимались законы. Публичного управления, как такового, не стало. Апогеем стало принятие бюджета. Это ужасно на самом деле.

Мы были оппозицией в коалиции. Нас постоянно обвиняли, что мы не берем на себя ответственность, что хотим первое, второе, третье. Мы пытались стабилизировать ситуацию изнутри. К большому сожалению, не вышло. После принятия бюджета наши попытки спасти коалицию путем смены правительства, увенчались высшим пилотажем цинизма государственного правительственного переворота. Когда правительство просто наплевало на парламент. К сожалению, люди этого не понимают. А потом спрашивают, почему в стране так плохо? А вот почему. Нет государственного управления. Оно работает исключительно на корпорацию олигархов.

И, все-таки, как давно начались разговоры о выходе из коалиции?

Дискуссия об этом началась еще в июне. И сегодня мы видим реакцию премьер-министра на конституционное, политическое действие партии, серьезно аргументированное, без политического популизма, с очевидными фактами, которая удивила все общество: «Я сочувствую этим людям». Мы воспринимаем это как угрозу. И это премьер-министр сказал в ходе заседания правительства. Это угроза оппозиционной силе за ее действия. Это серьезно.

Накануне, 17 февраля, вы встречались с президентом Петром Порошенко. Как долго и о чем вы разговаривали?

Олег Березюк: С президентом был очень откровенный, конструктивный и честный разговор. Он длился довольно долго — где-то около двух часов. Я смог высказать все наши замечания и поделиться наблюдениями, накопившимися за год нашей совместной работы. С одними он согласился, с другими — нет. Это был разговор людей, которые переживают за государство. Я сказал президенту, что » Самопомич» является реальностью в парламенте на сегодняшний день. Мы будем поддерживать все, что направлено на укрепление государственности, а также предложения, ориентированные на евроинтеграцию. Мы, по сути, своим выходом сохраняем государственное устройство страны. И считаем себя серьезной помощью для президента в достижении его цели — сохранить Украину и сделать ее лучше.

С чем президент согласился?

Президент согласился с отсутствием публичного управления в действиях правительства.

А с тем, что существует коррупция?

Конечно.

Вы говорили главе государства, что у «Самопомочи» есть намерение выйти из коалиции?

Олег Березюк: Нет. Вчера (17 февраля, — ред.) я еще не знал об этом. Я рассказал ему о дискуссии, о ее сложности. Ведь мы вчера заседали 12 часов, обдумывая каждый нюанс выхода из коалиции. Поскольку это — серьезный вопрос, партия решила собрать Провод (партийный орган, созданный на съезде «Самопомочи» 13 февраля, — ред.). Приехало руководство всех областей.

Порошенко уговаривал «Самопомич» остаться в коалиции?

Он не может давить на нас. Он это понимает и говорит нам. Но он просил, что бы наши действия были направлены на укрепление государственности страны.

Встречались ли вы с Арсением Яценюком?

Нет. А зачем встречаться с премьером? С премьером мы встречались целый год. Мы уважаем премьера, как интеллигентного человека. Но он — не управленец. Мы могли критиковать, но мы много помогали. Мы видели, что у них не получается. Мы терпели, закрывали глаза. Мы не говорили о бюджете в апреле, мае, июле, сентябре. Мы видели, что у них не получается. Думали, они мучаются. А они не мучались.

Лидер «Батькивщины» Юлия Тимошенко предпринимала попытки предложить вам совместный выход из коалиции?

Мы уважаем деятельности партии «Батькивщина» — одной из старейших партий в парламенте. Но мы хотим строить оппозицию ценностно другой формы. В стране нет ни коалиции, ни оппозиции, действия которых направлены на укрепление украинской государственности. Мы должны стать теми людьми, которые создадут новую традицию коалиции в стране. Для нас это будет большим вызовом, но мы попробуем это сделать.

Советовались ли вы с Михаилом Саакашвили по поводу выхода из коалиции?

Мы не разговаривали с Михаилом. Мы встречались с Саакашвили, но не для того, что бы принять решение, а для того, чтобы понять его видение развития политической системы в стране. Считаем, его невероятно профессиональным и мощным ресурсом развития демократии и власти в стране. Кстати, вчера (17 февраля, — ред.) он сделал визит вежливости и уважения к Андрею Ивановичу (Садовому, — ред.), приехав на похороны его отца.

А что обсуждал лидер вашей партии Андрей Садовый с послом США Джеффри Пайеттом? О чем разговаривали?

О любви к человеку (смеется, — ред.). Об этом всем разговаривали.

И что американская сторона рекомендовала?

Мы высоко ценим американцев. Это — наши партнеры. Кстати, мы регулярно встречаемся с послами «Большой семерки». Последний раз встречались четыре дня назад.

Так о чем все-таки Пайетт с Садовым разговаривали?

Была очень хорошая встреча. Мы презентовали ему наш новый инструмент, который мы будем разрабатывать в ходе нашей деятельности в оппозиции. Ему очень понравился.

Что это за инструмент?

Об этом уже позже.

Когда состоялась эта встреча?

Где то две недели назад.

То есть, все-таки две недели назад вы уже знали, что перейдете в оппозицию?

Нет, мы не знали. Мы думали, что будет новое правительство. Но этот «инструмент» может использоваться и при одном, и при другом условии.

С кем возможно сотрудничество «Самопомочи» в парламенте?

Мы пригласили к нам на платформу парламентской республики, которую мы будем развивать, людей. Мы не ставим ограничений. Но это должны быть люди с патриотическим, демократичным, преданным Украине прошлым. Профессиональные, честные. А к какой демократической силе они будут принадлежать, на самом деле нас это не интересует.

Как на счет «Батькивщины», » УКРОПа», «Свободы»?

Мы не говорим о партийных альянсах. Они могут быть только в коалиции. Мы должны идти параллельными колоннами, идти на выборы или к людям со своими идеями и соперничать ими, но отстаивать единые принципы и цель — успешное украинское институциональное государство.

Вы вспомнили о выборах. «Самопомич» готова к досрочным парламентским выборам, если они пройдут осенью?

Мы не требуем проведения выборов. Люди выбрали представителей, которые должны управлять страной. Но для политиков-профессионалов выборы начинаются на следующий день после окончания предыдущих.

Сейчас все обсуждают новый вариант коалиции на основе «треугольника»: БПП, НФ и «Радикальная партия». Если вас будут приглашать сотрудничать на базе новых принципов в обновленную коалицию, вы вернетесь?

Мы уже работали «по-новому». Два раза нельзя входить в ту самую реку. Они зависимы от клептократов.

Кого вы будете поддерживать, если все-таки парламент решится сменить премьера?

Правительство будет формировать коалиция. Если этот премьер будет эталоном нашего видения на сегодняшний день, это будет наше решение. Если нет, то нет.

Что даст «Самопомочи» пребывание в оппозиции?

То, что и давало пребывание в коалиции. Надо работать в два раза больше. Надо стоять на страже государственного устройства Украины.

Будете ли переходить в оппозицию в органах местного самоуправления, где ваша политсила работала в коалиции с другими демократическими силами?

На местном уровне должны решать сами громады.

К чему приведет выход «Самопомочи» из коалиции? Какие сценарии развития событий вы видите?

К формированию противовеса и поиску качественных и эффективных решений по устройству государства. Мы думаем, что будет коалиция. А она, по большому счету, существует. «Радикальная партия» в принципе так и не выходила из коалиции. Я думаю, к ним присоединятся еще и другие люди, и все будет хорошо.

Сколько, по-вашему, продержится такая коалиция?

Я думаю, они будут достаточно стабильны (смеется, — ред.). У них другие условия сосуществования.

Говорят, что одним из условий вашей фракции по сохранению коалиции было кресло генпрокурора. Это так?

Я вчера (17 февраля, — ред.) говорил это президенту, и президент с этим согласился, что фракция «Самопомич» и партия «Самопомич» на протяжении одного года и четырех месяцев не имела никаких претензий по поводу ни одной должности. Ни одна должность нас не интересует. Нас интересуют принципы и процессы. Мы были готовы взять ответственность. Но ответственность нужно брать вместе. Мы не хотим быть «фиговым листом» для прикрытия миллиардных схем грабежа страны.

Во вторник вы верили, что этот парламент мог отправить правительство в отставку?

Мы верили в это. Эти симулянты — они такие талантливые (смеется, — ред.). Они так красиво шли. Я думал, что неужели дождался, что это государство меняется ради того, чтобы оправдать доверие людей, и будет что-то сделано? Если бы это случилось, я был бы убежден на сто процентов, что будет невероятный успех у этой страны. Но этого не случилось. Мы откатились назад.

Почему не удалось договориться?

Как можно договориться? У них коммерческо-капиталистическое мышление. Например, они мыслят так: «если мне приходит сегодня миллиард долларов с таможни, то почему я должен от этого отказаться»

Назовите фамилии тех, кто так думает и поступает?

Я не хочу связываться с фамилиями.

Какие должности предлагали «Самопомочи», чтобы она осталась в коалиции?

«Самопомочи» в последнее временя уже ничего не предлагали. Они понимали, что нет смысла нам что-то предлагать, по тому что мы говорим, что «нам ничего не надо, давайте менять процессы».

А раньше что предлагали?

Не помню уже.

Но о таких вещах не забывают…

Они точно деньги нам не предлагали.

А должности?

Предложили бы две, мы бы взяли две, но они же не хотят. Они понимают, что мы первая фракция в истории Украины, которая отозвала своего министра (речь идет о министре агрополитики Алексее Павленко, — ред.) из-за процессов, которые нам не нравятся. А всегда же берегут министров, правда?

А почему из коалиции вышла «Батькивщина»? Какой там интерес?

Я надеюсь — государство (смеется, — ред.). Больше ничего не могу сказать.

Вы будете отзывать Оксану Сыроед с поста вице-спикера и других членов вашей фракции с должностей глав парламентских комитетов?

У нас будут свои предложения по этому поводу. Пока больше ничего сказать не могу.

Кто стал инициатором выхода «Самопомочи» из коалиции?

Есть политическая часть партии. В нее входят Егор Соболев, Семен Семененко, Павел Костенко, Березюк, — человек десять, наверное. А есть консервативно-экономическая группа, которая десять раз подумает, прежде чем что-то делать. И в дискуссии между этими двумя крыльями рождаются мысли и предложения.

То есть инициатором выхода стало политическое крыло?

Нет. Тут был микс. И, кстати, одни из наиболее консервативных людей были на передовой этого процесса, что для меня стало удивительным.

Кто? Вы, ваш заместитель Олег Лаврик?

Я — не очень консервативный. Лаврик — абсолютно. И Татьяна Острикова. Она также была на передовой.

Автор интервью: Надежда Андрикевич