Плохой мир или хорошая война: Что несет «Платформа примирения» от Сивохо?

0
101

Бывший комедийный актер и ведущий, а ныне — заместитель секретаря СНБО Сергей Сивохо предложил идею для достижения мира на Донбассе, однако не все восприняли ее хорошо

Лидер «Нацкорпуса» Андрей Билецкий обещал «теплый прием» «Национальной платформе примирения и единства». Речь идет о проекте заместителя председателя СНБО Сергея Сивохо, который должны были презентовать в понедельник, 17 февраля. Билецкий заявил, что ему есть, что сказать по поводу «примирения», и призвал всех ветеранов АТО присоединиться к нему. Однако, к сожалению (или к счастью), ветераны были лишены возможности физически размяться под зданием СНБО. Массовые обстрелы украинских позиций под Золотым, которые состоялись 18-го, поставили братание с противником на паузу.

Сам Сивохо назвал эту атаку «циничной провокацией», отметив, что презентация «Платформы» не отменяется, а лишь переносится. На когда – неизвестно. Автор проекта призвал читателей своей ФБ-страницы «следить за анонсами».

Впрочем, директор Института глобальных стратегий Вадим Карасев утверждает в комментариях 112.ua, что отсрочка происходит не только и не столько из-за обстрелов. Вся соль в том, что с обеих сторон (как украинской, так и российской) изменились контактеры. В РФ с украинского направления выбыл экс-помощник Путина Владислав Сурков (на смену ему пришел новый куратор – Дмитрий Козак, правда, еще не утвержден Кремлем). А в Украине произошла рокировка в офисе президента: вместо Андрея Богдана ОП возглавил Андрей Ермак.

Поэтому «со временем к идее «Платформы примирения» вернутся, чтобы Ермак мог выстроить свою собственную линию по возвращению территорий, – говорит Карасев. – Эту концепцию Сивохо формировал еще во время Богдана, но Богдан мало интересовался Донбассом. А вот у Ермака основная миссия заключается как раз в проведении выборов и возвращении территорий. Поэтому на Банковой возникла потребность взять паузу и согласовать проект Сивохо в контексте миссии Ермака».

И пока пауза продолжается, самое время разобраться в том, что же предлагает Сергей Сивохо. А точнее, тандем Сивохо и Ермака как новых лоббистов «сшивания» Украины.

В качестве спойлера заметим, что о проекте Сивохо неизвестно почти ничего. Разве что то, что он сам выложил на своем Фейсбуке.

Диалог как идея фикс

Итак, на ФБ-странице Сивохо обнародовал короткий видеоролик, в котором цитируется заявление президента Владимира Зеленского, озвученное им на форуме единства в Мариуполе: «Государство должно не только объяснять свои шаги, оно должно вместе с гражданским обществом инициировать масштабный национальный диалог. Мы должны решать все вопросы не в телефонных разговорах, а глядя друг другу в глаза, чтобы прекратить войну и вернуть наши украинские территории».

Ухватившись за ключевое слово, Сивохо развил президентскую мысль так. «Любой мирный процесс начинается с диалога. Мы поможем людям по обе стороны линии соприкосновения слушать и слышать. Это наша задача», – написал он, не приведя подробностей своего плана.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ ↓↓↓

Генерал Кривонос: В СНБО раскрыли «миссию» Сивохо

То есть дальше – додумуйте сами.

Следует заметить, что идея примирения с уст Сивохо звучит не впервые. После своего назначения в октябре 2019-го он уже говорил о том, что украинцы должны научиться «понимать, прощать и просить прощения». Чем, кстати, очень сильно возмутил тех, кто никак не мог понять, у кого и за что он должен просить прощения.

Месяцем позже, в ноябре 2019-го, Сивохо принял участие в международном форуме по Донбассу, после которого призвал вернуть людей с востока «ментально» — «уже сейчас, даже пока территории не возвращены под контроль Украины».

Для ментального возвращения, по мнению Сивохо, необходимо: «вернуть старикам пенсии»; компенсировать убытки по разрушенному и утраченному жилью на Донбассе; выдать украинские документы 140 тыс. детей, родившихся на неподконтрольных территориях (Донбасс и Крым); упростить порядок пересечения КПВВ и создать «нормальные человеческие условия» на пропускных пунктах; изменить информационную политику: «избавиться от штампов «свои-чужие, сепары-укры», использовать термин «линия соприкосновения» вместо «линия разграничения» и тому подобное.

(Кстати, заметим в скобках, что одно из его наставлений президент Зеленский тщательно выполняет прямо сейчас. Риторика главы государства – когда тот говорит про российско-украинскую войну – является достаточно специфической. По крайней мере, слова «контактная линия» вместо «линии разграничения» он употребляет).

Продюсер “Квартала 95” Сергей Сивохо получил должность в СНБО летом 2019 года. Фото из открытых источников

И еще одно созвучие со словами Сивохо. На Мюнхенской конференции по вопросам безопасности (14−16 февраля 2020 года) президент Владимир Зеленский отмечал, что власть готова к диалогу с мирным населением на территории ОРДЛО. Он добавил, что важно учесть мнение и тех 1,5 млн граждан, которые являются вынужденными переселенцами из оккупированных украинских территорий.

«Именно поэтому мы инициировали создание общественной диалоговой платформы «Мир Донбасса», в которую они должны быть вовлечены. Они должны быть привлечены к консультациям на минской площадке и активно участвовать в обсуждении своего будущего в составе единой Украины», — заявил Зеленский в Мюнхене.

Кто с кем ругался?

Между тем само слово «примирение» для многих звучит слишком вызывающе и провокативно. О нем можно будет говорить только после победы в войне с Россией, считает депутат от «Европейской солидарности» Владимир Вятрович. «Меня удивляет, как много сейчас говорится о примирении. Примирение – это процесс, который происходит после войны. Национальное примирение – это процесс, о котором, очевидно, мы должны думать, к которому должны готовиться после победы в этой войне», – говорит Вятрович журналистам.

«Когда я слышу о платформе примирения, – добавляет экс-министр иностранных дел Павел Климкин, – то хочется спросить, а кто с кем ссорился. Я не ссорился с украинскими гражданами, которые живут на Донбассе. Никто из вас, надеюсь, тоже. А российскую агрессию платформами не остановить. Такая эскалация, как у Золотого, без управления из Москвы на 100% невозможна. И время не случайно: сразу после Мюнхенской конференции, перед событиями в рамках ООН, в годовщину начала кровавых событий на Майдане и в годовщину отвода войск из Дебальцево – символика российских действий очевидна».

А политолог Кирилл Сазонов говорит по этому поводу следующее: «Инициатива обречена на провал, потому что она с самого начала не совпадает с реальностью. Киев не воюет с Донецком. Луганск не воюет со Львовом. Есть российская агрессия на востоке Украины и в Крыму. Украина может защищать себя от реального агрессора – никаких конфликтов с жителями ОРДЛО нет. Россия хочет, чтобы под лозунгами примирения за стол переговоров сели официальные представители Украины и главари псевдореспублик».

Еще одна депутат из фракции Порошенко – Ирина Фриз – называет инициативы Сивохо коллаборационизмом и государственной изменой. Осуждают экс-комика и в «Голосе». «Сколько еще должно погибнуть людей, чтобы мы поняли, что любая уступка – это наша слабость? Никаких уступок не должно быть, пока не прекратится стрельба. Пока Россия не прекратит стрелять. И пока мы будем идти на уступки, смерти будут продолжаться», – говорит с трибуны Верховной Рады депутат Вакарчука Сергей Рахманин.

Показательно, что в «Слуге народа» инициативу Сивохо не комментируют вообще. На это обратил внимание даже российский «Коммерсант». Власть «доверила ее продвижение Сергею Сивохо как человеку, который, хотя и входит в команду Владимира Зеленского, но не связан непосредственно с его ближайшим окружением и который не является депутатом парламента от партии власти. Его удаленность и от Офиса президента, и от президентской фракции должна защитить репутацию официального Киева в случае провала инициативы», – пишет издание.

Итак, провал «Платформы» на Банковой не исключают. Но от идеи все же не отказываются. Почему?

НОВОСТИ ПО ТЕМЕ ↓↓↓

Сергей Сивохо увидел в террористах миротворцев

Есть ли у «Платформы» плюсы?

«Теоретически такая идея может существовать. Потому что есть огромная проблема с восприятием украинцами друг друга. И такая проблема существует не только с той, но и с этой стороны. Поэтому даже если возвращение Донбасса состоится на исключительно украинских условиях, нам понадобится не только деоккупация, но и реинтеграция. То есть все надо будет начинать с начала. Но все это теория. А как все это будет происходить на практике – совершенно не представляю», – комментирует для 112.ua заместитель директора Украинского института исследования экстремизма Богдан Петренко.

Он же указывает и на одну значительную преграду для ведения любых разговоров с населением ОРДЛО. Даже с той его частью, которая теоретически могла сохранить проукраинские настроения. «Как можно начать диалог с нашей стороны – это понятно, а вот с другой?.. Одну часть Донбасса будут представлять внутренне перемещенные лица – здесь также уже ясно. Но еще одна составляющая диалога – так называемое «мирное население» временно оккупированных территорий. Но мы знаем, что режим, который существует там, – это военный режим. В его основе лежит запугивание. То как без ведома центрального руководства (где бы оно ни было – в Луганске или Москве) человек может представлять ОРДЛО?»

«Все это может быть реализовано только в одном случае, – продолжает эксперт, – в случае, неприемлемом для Украины. Когда мы признаем субъектность «ДНР/ЛНР». Но весь период военных действий мы отрицали существование этих республик и признавали их марионетками России. Если отойти от таких трактовок и признать их, это будет означать фактически капитуляцию. И сейчас уже происходит вброс подобной перспективы в общественное сознание. Первые шаги к подготовке восприятия этого факта уже делаются. Самостоятельно признать «ДНР/ЛНР» Зеленский не может, ибо их не признает украинский народ, от отношения которого к себе президент очень зависим. Именно поэтому важно подготовить общественное мнение, и эта «Платформа примирения» будет выступать тем маслом, которое эту мысль будет смазывать».

Тем временем цитированный выше Павел Климкин считает, что контакты с украинцами оккупированного Донбасса, «безусловно, должны быть мегаприоритетом». Причем, отмечает он, речь идет о «всех измерениях: религиозных, женских организациях, экологах – без вопросов. Но не нужно называть это примирением, ведь воюем мы не с сами с собой, а с российским режимом, у нас не гражданский конфликт, а конфликт с Россией и ее оккупационной администрацией на Донбассе и в Крыму».

А политолог Вадим Карасев отмечает, что не надо представлять себе «Платформу примирения» как круглый стол, за который сядут украинцы, с одной стороны, и боевики «ДНР/ЛНР», с другой. «Имеются в виду гуманитарные контакты, а не диалог в непосредственном понимании этого слова. Это было бы слишком пафосно. Ермак не заинтересован, чтобы все завершилось пшиком. Если уж давать проекту свет, то нужно, чтобы он стал прикладным».

А на просьбу привести примеры гуманитарных контактов Карасев отвечает, что одним из них может быть вещание на оккупированные территории, которое украинская власть планирует запустить с 1 марта.

Угрозы и опасности

Вещание – вещанием, а все таки проект Сивохо содержит много скрытых угроз. И первая угроза заключается в том, что происходит определенное смещение акцентов. «На международной арене Кремль сможет убедительно доказывать, что у нас гражданский конфликт, а РФ – не агрессор, а посредник на переговорах. Объективно ситуация сегодня сложилась таким образом, что никакие компромиссы не выйдут. РФ хочет видеть Украину в статусе колонии. Украина хочет быть независимой стороной. Середины, на которой можно сойтись в процессе переговоров, в природе не существует», – убежден Кирилл Сазонов.

В «Платформе» Сивохо «кроется большая опасность, потому что сам Сивохо говорил, что войну надо прекратить немедленно – и неважно, с каким результатом. А это может означать и капитуляцию Украины, и ее поражение», – отмечает политэксперт Евгений Булавка.

«Нынешняя ситуация выглядит таким образом, что власть пытается реализовать или свой собственный сценарий, или навязанный извне. Потому что идея о том, что в Украине идет внутренний конфликт, идет из России», – говорит он. И добавляет: «Ермак – человек, которому Зеленский, очевидно, доверяет. Именно на него возложена немалая часть переговоров как с русскими, так и с американцами. Однако вряд ли он сам является генератором идей по примирению, он, скорее, является их ретранслятором».

Андрей Ермак. Офис президента Украины

Булавка обращает внимание на еще три важные вещи. Прежде всего – на эфир Алексея Венедиктова, российского журналиста и главного редактора «Эха Москвы». Во время эфира Венедиктов прямо говорит о том, что замена Суркова на Козака знаменует существенную перезагрузку российской политики относительно Украины, которая, между прочим, не предвещает нам ничего хорошего.

«У Владислава Юрьевича Суркова была своя концепция, которую с 2014-го он проводил как помощник президента. И президент его слушался. То есть он присоединялся к этой концепции. Назовем эту концепцию «Новороссия» – это независимая большая территория юго-востока Украины, которая может присоединиться к Российской Федерации. А может и не присоединиться, как Осетия. Неважно. Новороссия, самостоятельная, отдельная от Украины», – объясняет замысел Венедиктов.

Но «не получилось – продолжает он. – И после 5-6 лет президенту была предложена другая модель. Это модель, которую Дмитрий Николаевич Козак вместе с Евросоюзом и США осуществил в Приднестровье. То есть он показал свою эффективность».

«Концепция заключается в том, что (…) российский бизнес, российских граждан, русский язык, российские деньги, российское оружие вводят (в оригинале – «впендюривают») в Украину, как отравленную пилюлю. И пусть она там будет. И мы тогда выполним минские соглашения. Уберите этот отравленный пирожок, а тогда снимите санкции», – говорит Венедиктов.

Если все пойдет именно по такому сценарию (прообразом которого является Приднестровье), продолжает Евгений Булавка, Украина столкнется с целым рядом проблем. И, возможно, самой маленькой из них станет потеря безвиза. «Мы вполне можем к этому прийти, – считает Булавка. – Потому что поддержание того европейского «тонуса», на котором был получен безвиз, требует непрерывного внимания со стороны властей. А если это внимание теряется, запускаются другие процессы, и привлекательность Украины в глазах иностранных партнеров падает». И это тот второй момент, который отмечает эксперт.

А третий заключается в следующем. «Если этот так называемый диалог состоится, то вполне возможно, что другие регионы также будут спровоцированы на то, чтобы требовать себе больше прав или более широких диалогов с Киевом. Кроме всего прочего, у нас есть Закарпатье, и, как мы знаем, власти Венгрии, которые мутят там воду, сотрудничают с Москвой и являются лояльными к Москве».

И не только Венгрия, добавим от себя. Мэр Львова Андрей Садовый пару лет назад уже высказывал недовольство тем, что Донбасс может выторговать себе те или иные преференции. За что такая честь этому региону, который поддержал очаг войны – в отличие, скажем, от законопослушной Галичины? – резонно спрашивал Садовый.

Одним словом, как резюмирует Булавка, «парадоксальная складывается ситуация: тезис о диалоге несет в себе если не раскол, то угрозу ощутимой тенденции к разъединению». И с этим, кажется, не поспоришь.

Наталья Лебед