Прага, курорт для русских шпионов

417

По меньшей мере треть сотрудников посольства России в Праге связана с российскими спецслужбами. Почему небольшая страна в центре Европы давно стала местом «шпионских игрищ», в которых агенты спецслужб РФ играют очень заметную роль.

«Тот факт, что интересы российской правящей элиты и ее спецслужб выходят далеко за границы России, обусловлен несколькими причинами. Отчасти это следствие объективных экономических интересов: торговля стратегически важными природными ресурсами прямо подталкивает к вмешательству в политические и стратегические комбинации на глобальном уровне. Отчасти, однако, дело и в сохраняющемся советском представлении о мире как арене жестокой борьбы за власть и влияние, лишенной каких-либо ценностей и правил».

Это фрагмент из только что вышедшей в свет в Праге книги чешского журналиста и аналитика Ондржея Кундры, специализирующегося на вопросах безопасности, «Агенты Путина. Как российские шпионы крадут наши секреты». В ней описывается прошлое и настоящее российских агентов в Чехии, детали ряда операций, связанных с обнаружением шпионов, работавших на Москву, и говорится о том, что небольшая страна в центре Европы давно стала местом «шпионских игрищ», в которых агенты спецслужб РФ играют очень заметную роль, — а противостоять им становится все сложнее.

Случилось так, что одновременно с выходом «Агентов Путина» в Праге разразился очередной шпионский скандал, косвенным образом затрагивающий Россию и Украину. Речь идет об освобождении из чешской тюрьмы и передаче спецслужбам Ливана гражданина этой страны Али Файяда (настоящая фамилия — Таан). Этот бизнесмен был арестован около двух лет назад в Праге при переговорах с представителями радикальной колумбийской группировки ФАРК, которым обещал поставить партию оружия на сумму около 8 миллионов долларов. Но под видом колумбийцев в Прагу прибыли агенты ФБР (в США группировка ФАРК включена в список террористических), и Файяд был задержан. В декабре 2015 года чешский суд постановил удовлетворить просьбу Вашингтона о выдаче ливанца.

Однако к тому времени в Ливане уже находились в заложниках пятеро чешских граждан, чьи похитители требовали от Праги не выдавать Файяда американцам. Обстоятельства того, как эта группа чехов оказалась в Ливане, сейчас расследуют полиция и спецслужбы.

Судя по всему, речь шла о тщательно продуманной операции, организованной влиятельными родственниками Файяда: он — член крупного шиитского клана, связанного с радикальной группировкой «Хезболла». Чехов, среди которых были журналисты, адвокат и даже сотрудник военной разведки, под разными предлогами заманили в Ливан, где и похитили. Переговоры об их освобождении шли много месяцев и наконец завершились в начале февраля освобождением заложников — в обмен на Али Файяда, избежавшего тем самым выдачи в США. Американской стороне осталось только протестовать, что она устами своего посла в Праге и сделала.

В деле Файяда присутствует и «русско-украинский» след. Этот ливанец обладал одно время и украинским гражданством, и в 2012 году тогдашний министр обороны Украины Дмитрий Саламатин назначил его своим советником. Саламатин — сам по себе фигура любопытная: зять Олега Сосковца, одного из влиятельных приближенных Бориса Ельцина в 90-е годы, он переехал из России на Украину более 15 лет назад, сменил гражданство, занимался бизнесом, с 2006 года был депутатом Верховной Рады от Партии регионов, а после прихода к власти Виктора Януковича взлетел в высшие эшелоны украинской власти.

Зачем Саламатину понадобился Файяд? По данным расследований, появившихся в украинских и чешских СМИ со ссылками на источники в спецслужбах этих стран, «украино-ливанец» служил передаточным звеном между российскими экспортерами вооружений (с которыми, равно как, возможно, и со спецслужбами РФ, был тесно связан Дмитрий Саламатин) и такими ближневосточными покупателями, как «Хезболлах» и сирийский режим Башара Асада. Поставлять этим сомнительным клиентам оружие напрямую Россия не могла, поэтому понадобился окольный путь — через Украину, Файяда и его ближневосточные связи.

Иными словами, Али Файяд — человек, весьма осведомленный о путях поставок вооружений в Сирию и Ливан, в том числе из России. А также, видимо, и о том, как был устроен режим Виктора Януковича и насколько глубоко он был пронизан людьми, непосредственно связанными с Кремлем и его спецслужбами. Поэтому интерес США к Файяду вполне понятен, а его арест в Праге американцы считали своим серьезным успехом. Однако комбинация с похищением чешских граждан в Ливане и последующим их обменом на Файяда свела этот успех на нет. Источники, близкие к чешским спецслужбам, не исключают, что к операции по освобождению Али Файяда были причастны и агенты российской разведки.

Дело Файяда — лишь один пример того, насколько активны иностранные, в том числе российские, разведывательные службы в Чехии, считает автор книги «Агенты Путина» Ондржей Кундра.

По его словам, это, безусловно, лишь вершина айсберга, а угроза безопасности его страны и Евросоюза в целом, которую несут с собой обосновавшиеся в центре Европы агенты Кремля, вполне реальна.

Вы пишете, что Чехия, прежде всего Прага, в последние годы превратилась в один из главных очагов активности российских спецслужб в Центральной, а может, и во всей Европе. Каковы основания для таких утверждений?

Таких оснований несколько. Среди них — исторический фактор. Напомню, что еще в конце 1960-х годов СССР создал в Праге на базе своего посольства нечто вроде резидентуры. Это была новинка, потому что ранее резидентуры действовали в западных странах, но не в странах — сателлитах Москвы. То, что это произошло, было связано с реформами «пражской весны», которые СССР не нравились, и было принято решение о создании такого разведывательного центра.

Те агенты КГБ, которые здесь появились, имели в качестве задания подрыв реформистского курса тогдашнего руководства Чехословакии, укрепление политического влияния Москвы. Как мы знаем из истории, это удалось, хотя в конечном итоге Кремлю пришлось прибегнуть к военному вторжению. Опыт деятельности спецслужб, показавшийся успешным, стали затем внедрять и в других странах восточного блока. Так что исторические корни в данном случае довольно глубокие.

А после падения коммунистических режимов в Центральной и Восточной Европе в 1989 году и последующего распада СССР что-то изменилось?

Изменилось на какое-то время отношение новой российской власти к унаследованным от прежнего режима спецслужбам. Ельцин, как известно, КГБ не слишком доверял, разделил его на несколько отдельных спецслужб. В целом начало 90-х было для российской разведки эпохой неуверенности.

Одновременно в бывших странах восточного блока, в том числе и в Чехии, проходили экономические реформы, приватизация, сопровождавшаяся различными злоупотреблениями. К этим процессам проявляли интерес и организованные преступные группы из бывшего СССР, появившиеся здесь. Иногда к их деятельности оказывались причастны и бывшие сотрудники КГБ. Иными словами, эти люди отсюда по-настоящему не уходили. С приходом к власти Владимира Путина ситуация меняется — по данным ряда западных спецслужб, именно тогда Москва приняла решение сделать Чехию базой для своей разведывательной деятельности во всем центральноевропейском регионе.

Это для них удобнее, учитывая, в частности, соотношение сил между, например, немецкой и чешской контрразведками. Немецкая спецслужба BND значительно крупнее, опытнее, лучше финансируется и т.д. Чешская контрразведка BIS, напротив, невелика — есть данные, что ее отделение по борьбе со шпионажем способно вести круглосуточное наблюдение по всей республике лишь за пятью объектами одновременно. Российская же агентурная сеть у нас, очевидно, куда многочисленнее чем пять человек — и чувствуют они себя здесь куда уютнее, чем в западных странах.

А сколько их примерно? Есть какие-то данные?

Точных данных, конечно, нет. Контрразведка в своих отчетах утверждает, что по меньшей мере треть сотрудников посольства России в Праге связана с российскими спецслужбами. Всего этих сотрудников около 140 — огромное количество для диппредставительства в столь небольшой стране, как Чехия, что уже о многом говорит.

Кроме того, есть консульства в Брно и в Карловых Варах. Приплюсуем к этому тех возможных агентов, которые не пользуются дипломатическим прикрытием, а работают в обычных «гражданских» профессиях — предприниматели, врачи, журналисты и так далее. В совокупности речь может идти о многих десятках или даже нескольких сотнях человек, в той или иной мере связанных со спецслужбами Российской Федерации.

Давайте уточним, кого именно вы имеете в виду: кадровых сотрудников спецслужб или тех, кого на жаргоне тех же спецслужб именуют «агентами влияния» — то есть людей, которые способны оказывать влияние на свое окружение, близких или друзей из числа местных жителей, пропагандировать те или иные идеи, популяризировать политику Кремля и прочее?

Я имею в виду тех и других. Конечно, сотен кадровых разведчиков здесь нет. Но если учитывать и тот разряд людей, о которых вы только что сказали, в такой «серой зоне» между регулярной профессиональной разведывательной работой и обычной «цивильной» жизнью, то таких действительно немало.

Были ли какие-то громкие дела, связанные с деятельностью российских агентов в Чехии?

Наиболее детально описанный случай, о котором и я рассказываю в своей книге, — это дело российского агента Роберта Рахарджо (выходец из России, его отец был родом из Индонезии. — ред.). Это как раз пример агента, «раскусить» которого было очень непросто: он жил здесь с начала 90-х годов, учился в вузе, потом завел семью, получил чешское гражданство. Работал психологом в одном из исправительных учреждений. Как установила позднее контрразведка, Рахарджо завербовали во время летнего отпуска на одном из островов в Средиземноморье. Он был технически оснащен, у него был специальный передатчик, который он прятал в тайнике у себя в ванной.

Как его разоблачили?

«Наводку» на него чешской контрразведке дали спецслужбы одного из союзных государств. Потом Рахарджо довольно долго держали под наблюдением. Успехом было то, что удалось установить тех людей, с которыми он контактировал и которые могли предоставить ему — неумышленно, по незнанию и неосторожности — некую информацию, интересную для российских спецслужб.

Тюремный психолог — в каких кругах он мог завязывать знакомства?

Как ни странно, в довольно высоких сферах — прежде всего среди военных. Из-за него потом были уволены со службы трое высокопоставленных чешских офицеров и генералов. Было установлено, что, общаясь с Рахарджо, они по легкомыслию стали источниками информационных утечек. Тут ведь сложно: иногда какие-то сведения, в том числе личного характера, которые на первый взгляд выглядят банально, но в руках иностранной разведки могут служить, например, инструментом шантажа. Скажем, у кого из высоких армейских чинов какие слабости, за кем какие «грешки» водятся… В конце концов операция против Рахарджо полным успехом не увенчалась: ему удалось бежать в Россию, прихватив с собой компьютер — трудно сказать, что в нем было. Я не уверен, что и нашим спецслужбам это известно.

Из вашего рассказа вырисовывается картина, не самая лестная для чешских разведслужб. И денег им не хватает, и сил, и шпионы у них из-под носа убегают… Почему так? Ведь, с другой стороны, практически каждый раз в ежегодном отчете контрразведки BIS отмечается, что активность иностранных, прежде всего российских, спецслужб в Чехии не уменьшается, что это является серьезной угрозой национальной безопасности и т.д. Политическое руководство страны на это не обращает внимания?

Я не хочу сказать, что наши спецслужбы ничего не делают. Они, конечно, по мере возможностей пытаются бороться с этими угрозами. Проблема в том, что, насколько я могу судить, они не получают ясного и однозначного задания от политиков: вот приоритеты, над ними работайте, представляйте результаты своей деятельности, а мы гарантируем, что, исходя из этих результатов, будем принимать необходимые меры.

Например, я в своей книге описываю, как несколько лет назад спецслужбы направляли тогдашнему президенту Вацлаву Клаусу аналитические записки, из которых следовало, что возможное заключение крупной сделки в энергетической отрасли с одной из российских компаний, проявлявших к этой сделке интерес, несет в себе риск с точки зрения национальной безопасности. Президент наложил на одну из этих записок резолюцию в том духе, что не надо ему такие глупости писать. Естественно, подобная реакция способна только демотивировать спецслужбы. И, конечно, ограниченный бюджет этих служб — еще один негативный фактор.

Есть и другие моменты. Сравним Чехию, скажем, с Эстонией, где угрозы в сфере безопасности со стороны России еще бóльшие, чем здесь. Там, во-первых, спецслужбы имеют то четкое политическое задание, о котором я уже говорил. А во-вторых, если им удается разоблачить шпиона, то вся его история — естественно, с неизбежными ограничениями, связанными со спецификой работы спецслужб, но тем не менее — становится достоянием гласности, обнародуется в ясно и четко написанных отчетах контрразведки.

Общество видит, чем конкретно занимаются спецслужбы, за что едят свой хлеб, чем опасен шпионаж. Увы, у нас это иначе: BIS — закрытая структура, с общественностью и СМИ она практически не контактирует. В результате даже о позитивных результатах их работы никто толком не знает. А общество, в свою очередь, не осознаёт, где находятся и что собой представляют угрозы его безопасности.

В последнее время много говорят о пророссийских симпатиях некоторых ведущих чешских политиков, прежде всего президента Милоша Земана. Учитывая описанную вами ситуацию, можно ли вообще считать Чехию надежным союзником западных стран — или это слабое звено среди членов Евросоюза и НАТО?

Я бы так все-таки не сказал. У нас парламентская республика, внешнюю политику и политику в области безопасности определяет в первую очередь правительство. А оно, насколько можно судить по его шагам, осознаёт новые угрозы и стремится к тому, чтобы страна была тесно связана с евроатлантическими структурами. В этом отношении правительственную политику можно назвать вполне приемлемой. Президент — да, по каким-то своим причинам, о которых можно только гадать, играет на руку Кремлю своими высказываниями и такой политикой ослабляет страну.

Что вы думаете о деле Али Файяда? Совершили ли в этом случае чешские власти и спецслужбы ошибку?

В этом деле еще есть немало вопросов без ответа. Но исходя из того, что уже известно, могу сказать, что, видимо, ошибка была совершена. Взглянем на всю эту ситуацию. В Ливане похищают группу чехов, которую потом обменивают на торговца оружием Али Файяда, арестованного в Чехии — причем его выдачи добиваются США. В результате обмена Файяд не попадает в Америку, чего он, надо полагать, боялся, он едет домой в Ливан, а пятеро чехов — тоже домой, в Прагу. Но один из этих чехов — сотрудник нашей военной разведки, который ехал в Ливан, чтобы получить некую информацию о другом чешском гражданине, ранее похищенном в другой стране (Ливии. — ред.). В результате этот разведчик тоже становится заложником, обменянным в числе других на Файяда. О каком-то успехе с точки зрения спецслужб тут, по-моему, говорить трудно.

К каким выводам — или, может быть прогнозам на будущее — вы пришли в результате своих расследований и наблюдений, вошедших в книгу «Агенты Путина»? Кремль будет продолжать проявлять интерес к Чехии и шире — к Центральной Европе?

Думаю, да. Об этом можно судить хотя бы по усилившейся активности разных пропагандистских вебсайтов. Несомненно, будут пытаться влиять на политическое руководство, ослаблять позиции тех партий и лидеров, которые видят в нынешней политике Кремля угрозу, и наоборот, поддерживать, в том числе и финансово, тех, кто проводит дружественную Москве линию.

Это, например, президент Земан или некоторые политические силы, которые сегодня еще кажутся относительно маленькими и маргинальными, стоящими на экстремистских, ксенофобных и националистических позициях. В условиях миграционного кризиса и при определенной российской поддержке такие силы могут приобрести популярность. Именно поэтому мне кажется, что очень важно, чтобы здесь произошло нечто похожее на то, что было в уже упомянутой мною Эстонии.

В 2008 году у них был огромный «прокол» с российским шпионом Германом Симмом, эстонским офицером, который передавал Москве информацию из структур НАТО. Это было воспринято эстонским обществом как национальный позор. Произошла определенная внутренняя мобилизация, в том числе и спецслужб, и за последние годы там были задержаны по меньшей мере четыре агента российской разведки. Если общество понимает, за что борется, то в конечном итоге оно становится более свободным, решительным и здоровым, — считает чешский журналист и аналитик, специализирующийся на проблемах безопасности, автор книги «Агенты Путина. Как российские шпионы крадут наши секреты» Ондржей Кундра.

Автор материала: Ярослав Шимов