Произвол силовиков. Анализ более 2000 судебных решений — о бизнес-климате в Украине

597

Как изменились отношения налоговиков и силовиков с бизнесом? Хорошая новость — при новой власти количество расследований случаев уклонения от уплаты налогов упало в 2,5 раза. Плохая — имущество бизнеса арестовывают в десятки раз чаще.

«Я хотел бы сегодня в вашем присутствии в этот торжественный момент подписать этот исторический документ [закон № 7275 о защите бизнеса от злоупотреблений власти, известный как „Маски-шоу стоп“ — ред]», — пафосно сказал президент Украины Петр Порошенко на встрече с бизнесом 1 декабря 2017-го. Это был сильный PR-ход со стороны команды президента. Бизнес в Украине страдает от давления правоохранительных и силовых органов.

Об этом неоднократно заявляли бизнесмены и топ-менеджеры, бизнес-ассоциации и бизнес-омбудсмен. Неожиданно, но это признают и руководители силовых ведомств, например, глава СБУ Василий Грицак. И даже и.о. руководителя Государственной фискальной службы Мирослав Продан: «Мы сколько угодно могли вести диалог с инвесторами, бизнесом, но предприниматели чувствовали себя бесправными перед государством, силовыми органами. Давайте говорить откровенно: вас могли банально „заказать“ конкуренты и с помощью обысков, выемки техники, документов, могли просто не позволить работать…».

Но каковы масштабы проблемы — сколько компаний сталкивается с притеснениями силовых органов? Еще важнее — динамика: усилился ли прессинг бизнеса в последние годы, или наоборот — затихает? Мы оценили масштабы и тенденции в цифрах.

Как посчитать давление

Как видим, руководители государства признают: обыски и изъятие имущества у предпринимателей — иногда являются «nothing personal, just business» со стороны силовиков. Поэтому гипотеза данного исследования звучала так: количество обысков и арестов имущества — не лучшая единица измерения прессинга бизнеса. Растёт число арестов/обысков — значит, увеличивается давление на предпринимателей. Этот подход имеет определенные недостатки. Основной — действия правоохранителей могут быть вполне справедливы по отношению к бизнесменам, которые нарушили закон. Как провести границу между необоснованным давлением и расследованием преступления?

Принятый в 2012 году новый Уголовно-процессуальный кодекс ввёл институт судебного контроля за соблюдением основных прав лиц во время досудебного расследования. С тех пор аресты имущества и обыски допустимы только по решению судьи-следователя.

Один из ответов — путем сравнения таких данных как количество проведенных обысков, количество судебных решений по изъятию и аресту имущества, число отмененных арестов в рамках расследования экономических преступлений по годам.

Мы направили запросы на предоставление такой информации в прокуратуру, ГФС, НП, СБУ, судебную администрацию. Но несмотря на громкие заявления топ-чиновников об открытости, госорганы не предоставили информацию о количестве обысков, числе наложенных и отмененных арестов.

Мы предполагали такую реакцию и поэтому сразу сузили фокус исследования до масштабов Киева и одной из нескольких «экономических» статей Уголовного кодекса — ст. 212 УК (уклонение от уплаты налогов). Такой подход позволил реализовать исследования самостоятельно: мы изучили данные из реестра судебных решений. Предмет исследования — определения киевских судов о наложении ареста на имущество, а также определения, которыми часть арестов на имущество была отменена. Эти данные есть в наличии в открытом доступе. Временные рамки исследования: 1 января 2013 — 30 ноября 2017 года. От государственных органов удалось получить только статистику уголовных производств, открытых по ст. 212 УК Украины.

Арест лишним не будет

Таким образом, за период, который охватывает почти четыре года, мы насчитали более две тысячи определений, которыми киевские суды накладывали аресты на имущество компаний. А также проанализировали почти полтысячи определений, которыми предварительно наложенные аресты на имущество были отменены.

Источник: Судебный реестр, Генпрокуратура, Государственная судебная администрация, ГФС. * — Для подсчёта количества определений, которыми киевские суды накладывали аресты на имущество в пределах досудебных расследований по ст. 212 УК в течение 2013 — 2017 (11 мес.) лет, мы использовали инструмент поиска по Судебному реестру. Такой метод исследования судебного реестра не позволяет получить абсолютную точность количества определений, но тенденцию он отражает корректно. ** — дела закрыты по ст. 284 УК Украины (ввиду отсутствия доказательств) *** — Стоит отметить, что на существенный всплеск наложенных арестов в 2016 году повлияли изменения в Уголовный процессуальный кодекс, а именно правки к ст. 170, согласно которым арестованное имущество может считаться предметом, доказательством или орудием преступления.

Однако важнее не количество, а динамика по годам. Количество определений об аресте имущества в пределах расследований об уклонении от уплаты налогов за последние 4 года выросло почти в 40 раз — с 26 в 2013-м до 993 в течение 11 месяцев 2017 года.

Например, в 2014 году киевские суды приняли 136 решений об аресте имущества, а в следующем году уже 308. Такому скачку нет очевидного объяснения, ведь законодательство в указанный период принципиально не пересматривалось. Ощутимые изменения УПК в части наложения арестов состоялись в декабре 2015 года: арестованное имущество может считаться предметом, доказательством или орудием преступления. Эта «поправка» вызвала новую волну арестов: в 2016-м количество удовлетворённых ходатайств следователей о наложении имущественного ареста достигло почти 700. Показательным стал 2017-й год: законодательное поле осталось неизменным, но произошел новый скачок количества арестов — на 50%.

Почему аресты имущества — это важный показатель? Согласно анализу судебного реестра, арест имущества в пределах досудебных расследований по ст. 212 УК длится в среднем 3,5 месяца. Этого более чем достаточно для нанесения вреда хозяйственной деятельности компании. Ниже несколько показательных примеров.

Показательные примеры

История полуторагодичной давности вокруг ареста 500 тонн ячменя компании-владельца по ходатайству Департамента по расследованию особо важных дел в сфере экономики Генпрокуратуры. Зерно находилось под замком почти полгода, хотя срок его хранения без потери качества составляет три месяца. В прошлом мае суд отменил арест, отметив «отсутствие в уголовном производстве данных, которые оправдывали вмешательство государства в право на мирное владение имуществом…».

В трёх из четырёх случаев суды по ходатайству следователей арестовывают средства и счета. Бизнесу не легче, если заблокированы деньги, а не товар. «Арест оборотных средств предприятия реально работающего сектора экономики может привести к остановке производства и, как следствие, к увольнению с работы многих работников и прекращению уплаты в государственный бюджет налогов и сборов», — говорится в судебном определении, которым был снят арест с денежных средств «Восточно-Европейской рыбной компании». В прошлом году её оборотные средства три месяца подряд находились под арестом. Суд отменил его как безосновательный, поскольку в уголовном производстве о подозрении никому не сообщалось, а владелец денег не имеет статуса лица, в отношении которого осуществляется производство. Арест был наложен по ходатайству Киевской местной прокуратуры № 2.

Сравнение количества арестов имущества, одобренных судами, с общим числом уголовных производств демонстрирует тенденции во взаимоотношениях бизнеса и силовиков. Эти тенденции достаточно тревожны: уменьшение количества уголовных производств по ст. 212 УК сопровождается существенным ростом числа арестов в рамках этой классификации преступления.

Снять арест

Количество отмененных арестов, в том числе необоснованных арестов на имущество юридических лиц, из года в год заметно растет. Но негативные сигналы дают не только количественные показатели.

Мы прочитали и проанализировали содержание 429 определений об отмене арестов имущества, которые выдали киевские суды в течение почти 4 лет. Содержание решений иногда непосредственно указывает на давление на бизнес со стороны правоохранительных органов. Так в трети случаев (164 определения) предыдущие решения об аресте имущества были признаны необоснованными или вынесенными в результате определенных нарушений со стороны судов или следственных органов.

Решения, которые могут косвенно свидетельствовать о том, что арест мог использоваться как инструмент давления:

  • арест оказался необоснованным и безосновательным;
  • имущество длительное время находилось под арестом без признания вещественным доказательством и сообщения о подозрении его владельцу;
  • арест накладывался на средства, которых нет на счете;
  • следователь не появлялся на судебные заседания, чтобы аргументировать необходимость в аресте имущества;
  • стоимость арестованного имущества несоразмерна ущербу, в котором обвиняют его владельца;

При подсчете мы не относили к признакам давления на бизнес решения об арестах имущества, которые были отменены из-за ряда других причин. Например, если суд пришел к выводу об отсутствии оснований для продолжения применения ареста на имущество, или из-за закрытия уголовного производства, в рамках которого накладывался арест; мы не считали давлением случаи отмены ареста из-за освобождения фигуранта расследования от уголовной ответственности и некоторые другие.

Как показывает анализ судебных решений об отмене арестов, чаще всего суды отменяли аресты наложенные по делам, которые расследовали органы Государственной фискальной службы (57%). Это естественно. Потому что чаще всего уголовные производства по ст. 212 УК расследуют органы ГФС, следящие за соблюдением налогового законодательства. Вместе с тем, как можно видеть на графике ниже, пристально следят за этими нарушениями и другие правоохранительные органы — прокуратура, СБУ и полиция.

Из 429 определений об отмене арестов:

  • 248 определений приходится на расследования ГФС
  • 124 определения — органов прокуратуры
  • 29 определений — полиции (МВС)
  • 17 определений — СБУ
  • Остальные определения — нет данных

Полученные данные, конечно, не являются бесспорным доказательством давления на бизнес, но указывают на создание благоприятной среды для этого. Арестованное имущество даёт выгодную «переговорную позицию» недобросовестным следователям, которые видят в подозреваемых источник неправомерного обогащения. В Украине известны случаи, когда представители правоохранительных органов требовали взятки за отмену ареста имущества.

Показательные примеры

В конце 2015 года по ходатайству фискальной службы был наложен арест на восемь тысяч тонн рапса стоимостью около 70 млн гривен. После пребывания «за решеткой» в течение восьми месяцев суд отменил арест на имущество с красноречивым формулировкой «арест на спорное имущество был наложен судьей-следователем преждевременно, а потому необоснованно».

Этот случай не исключительный. Год назад ГФС открыла уголовное производство об уклонении от уплаты налогов, а затем в рамках расследования добилась ареста зерна и кукурузы общей стоимостью свыше 270 млн гривен. Как отметил суд через неделю, когда отменял арест, владелец имущества не является юридическим лицом, в отношении которого осуществляется досудебное расследование, сотрудники общества не являются подозреваемыми в уголовном производстве, что исключает возможность наложения ареста.

Выводы

Количество учтенных уголовных производств по ст. 212 УК (уклонение от уплаты налогов) существенно уменьшилась — с 822 в 2013-м до 365 за 11 месяцев 2017 года. (г. Киев)

Но количество арестов имущества в рамках этих производств выросла в десятки раз — с 26 в 2013-м до 993 за 11 месяцев 2017-го.

3,5 месяца в среднем длится арест. В 75% случаев арест накладывается на денежные средства и счета компании.

  • Объяснить рост только изменениями в законодательстве невозможно — инструмент «ареста по определению» внедрили в 2012-м, существенные изменения вносили только в декабре 2015-го.
  • Изменение численности юрлиц в Киеве тоже не объясняет тенденцию: на 1 декабря 2017 года в Киеве было зарегистрировано 275 000 юридических лиц, даже на несколько тысяч меньше, чем в декабре 2013-го.

Значительная часть бизнеса, у которого арестовали имущество, борется и побеждает в суде. Количество определений суда о снятии ареста выросла в 15 раз — с 16 в 2013-м до 237 за 11 месяцев прошлого года.

Аресты имущества компаний часто необоснованны. Об этом свидетельствует анализ определений суда о снятии ареста с имущества. По нашим подсчётам, среди отмененных арестов треть оказалась такими, что имели сомнительные основания для инициирования.

Анализ полученных данных показывает, что есть отдельные случаи использования налоговыми и правоохранительными органами ареста имущества компании по решению суда как инструмент давления на бизнес. Количество этих случаев увеличивается.

Федор Орищук, Наталья Миняйло, Юлия Абибок