Россия готовится к большой войне – вице-президент ПАСЕ

713

После президентских выборов в России Владимир Путин может пойти на новую эскалацию конфликта на Донбассе. Более того, Россия уже готовится к «большой войне». Театр боевых действий, скорее всего, будет на границах Европы, потому уже сейчас начеку стоит быть Польше,  об этом и не только в интервью  рассказал вице-президент Парламентской ассамблеи Совета Европы и народный депутат Украины от Блока Петра Порошенко Владимир Арьев.

— Вы ныне вице-президент ПАСЕ. Какие основные задания стоят перед вами?

— У вице-президента не так много полномочий, кроме права заменять президента ПАСЕ во время его отсутствия в кресле руководителя заседания. Но в принципе, мои задания не меняются. Это — сохранение реноме ПАСЕ в плане защиты демократии, прав человека и верховенства права. Мы также не должны позволить торговать этими принципами в угоду Российской Федерации, которая шантажирует ассамблею.

— Ваше личное назначение  это плюс для Украины или формальность? Это даст нам какие-то дополнительные рычаги влияния?

— Знаете, не должность, а человек главное. Я с 2014 года делаю все для того, чтобы Россия не вернулась в ПАСЕ без выполнения всем известной резолюции. Я это последовательно отстаиваю как глава нашей делегации с 2015 года и как вице-президент теперь.

Задания для нас всех достаточно сложные. Мы должны будем реагировать на определенный сговор элит в ПАСЕ. Но мы за последнее время всегда достигали того, что правда оказывалась на нашей стороне. Поэтому большинство в ассамблее не реагировало на достаточно непристойные игры, которые ведут некоторые представители руководства организации. Однако все зависит только от нашей общей работы. Если украинская делегация будет едина, если мы будем демонстрировать единство позиций, тогда у нас большие шансы победить.

— Что это за сговор элит в руководстве ПАСЕ? Какие конкретно страны выступают скрыто или явно на стороне России?

— Нельзя так делить. Это грубое разделение. Нельзя так однозначно разделять страны на те, что выступают на стороне России, и те, что не выступают. Например, Турбьерн Ягланд –Генсек Совета Европы. Он один из идеологов безусловного возвращения России для возобновления финансирования организации. На данный момент речь идет о 55 млн евро. А именно, 33 млн евро в год, и 22 млн, которые они не заплатили за 2017 год. Ягланд из Норвегии, но не все из норвежской делегации его поддерживают. Поэтому нельзя говорить об однозначном разделении.

стественно, у нас есть союзники. Но есть и противники. Так, глава политического департамента Совета Европы Александр Гессель – россиянин по происхождению, который имеет французский паспорт – тоже один из идеологов фактически разрушения имиджа Совета Европы в угоду российскому шантажу. В существенно меньшей степени президент ПАСЕ Микеле Николетти поддерживает эту идею. И мне кажется, он намного более осторожен, чем его предшественник – испанец Педро Аграмунт. Посмотрим, что будет дальше. Аграмунт выступал за возвращение России, а социалисты Испании не поддерживали эту идею. Знаете, нет однозначного раздела.

Естественно, есть такие страны, как Польша, Литва, Латвия, Эстония, Грузия, Румыния, которые однозначно нас поддерживают. Это также большинство от Великобритании, Швеции. Есть также страны, где нас частично поддерживают, например, Финляндия. Многое зависит от той или иной политической силы: представляет она левое или правое движение.

— Большинство все-таки на нашей стороне?

— Ну, я надеюсь, что да. Грубо говорить, что на нашей стороне большинство. Президент Николетти тоже на нашей стороне. Потому что они не поддерживают аннексию Крыма. Но сегодня вопрос в другом. В том, что многие не понимают, как негативно может повлиять возвращение россиян на саму ситуацию в ПАСЕ. Представьте себе, что россияне возвращаются. Но ведь у нас есть резолюция, которую Россия не выполняет.

— Что тогда это будет означать для Украины?

— У россиян есть два варианта вернуться в ПАСЕ. Первый – через прямое голосование. Но при всех потугах Генсека Ягланда, который хотел, чтобы уже с 2018 года РФ вернулась, это не получилось. Потому что в ассамблее сегодня нет большинства для голосования за это.

Второй вариант возвращения России заключается в следующем. Россияне осознали, что для них возвращение закрывается именно через процедуру санкций. Поэтому они сейчас требуют снять это с процедуры. То есть они всячески пытаются не выполнить резолюцию ПАСЕ, в частности от октября 2016 года, где четко прописано: только серьезный прогресс в выполнении мирного плана в отношении Украины может быть основанием для пересмотра решения и возвращения российской делегации в ПАСЕ. Но Россия ничего делать не хочет! Она, наоборот, требует триумфального возвращения, ломая Совет Европы через колено.

Поэтому именно сейчас они всячески пытаются протолкнуть этот второй сценарий, внеся изменения в регламент в угоду России. Но это убивает Совет Европы! Ведь изменения в регламент, предлагаемые Россией, просто убивают мониторинговую процедуру, которая и является основной «мышцей» ПАСЕ. То есть Россия просто предлагает вырвать зубы, когти, забрать все рычаги и мышцы у организации, чтобы превратить ПАСЕ в дискуссионный клуб –а-ля ОБСЕ и не больше.

Однако в составе этой организации есть Европейский суд по правам человека, есть четкие обязательства стан при вступлении. И именно санкции являются инструментом выполнения этих обязательств. Санкции есть и в Европейском Союзе. В частности, они были применены в отношении Польши за судебную реформу. Поэтому без возможности применения санкций организация вообще теряет свое влияние. А в условиях, если теоретически требования России будут выполнены, эта организация утратит и уважение. Она тем самым просто уступит шантажу.

— Это будет демарш Украины?

— Давайте так. Мы не ставим абсолютистские требования. Украина, как никакая другая страна, заинтересована в возвращении российской делегации в ПАСЕ. Но только через выполнение резолюции! Потому что это будет означать одно – Россия сделает что-то существенное для мира. Вот здесь принципиальный момент.

Если мы добьемся того, что Россия сделает существенные уступки, выполнит обязательства, пойдет на существенное – это ключевое слово – снижение эскалации, как минимум выйдет с Донбасса, остановит преследования крымских татар, возобновит работу Меджлиса. Но на данный момент нам даже нечего обсуждать! Ведь нет не просто шагов навстречу, мы видим только ухудшение.

— Вы как вице-президент ПАСЕ будете инициировать новую резолюцию относительно введения на Донбасс миротворцев?

— Это не вопрос ПАСЕ. Это вопрос ООН. Но в данном случае мы можем еще раз упомянуть этот вопрос в одной из резолюций в отношении Украины. Как это уже было сделано.

— После принятия Украиной закона о реинтеграции Донбасса вы допускаете возможность того, что ПАСЕ обратится к ООН?

— ПАСЕ в данном случае не может обращаться к ООН. Но идея миротворческой операции уже была упомянута ассамблеей. Дальше – это вопрос ООН. ПАСЕ не принимает таких решений, у нас ограниченный инструментарий относительно этого. Мы не принимаем заявлений и постановлений. Мы принимаем резолюции и рекомендации. Соответственно, может быть письменная декларация, которую подпишут члены ПАСЕ, но не в целом от организации.

— По вашим прогнозам, как дипломата и политика, когда вопрос введения миротворцев на Донбасс может быть вынесен на рассмотрение ООН?

— Когда будет согласие. В данном случае мы видим, что делается шаг вперед и два назад. Если еще недавно Россия заявляла о готовности, то потом они уже говорят, что их условия в результате принятия закона о реинтеграции Донбасса не устраивают. В данном случае мы должны однозначно сказать, что Украина никогда не согласится на присутствие российских миротворцев как страны-агрессора. Однако Россия на данном этапе не готова согласиться на миротворческую операцию, поскольку она хочет делать все только на ее же условиях. Но такого не будет!

— Украина выполнила все условия и рекомендации ПАСЕ относительно внесения изменений в закон о реинтеграции?

— Не было никаких особенных требований. Приняли поправку относительно упоминания Минских соглашений. Но опять же, все понимают, что это вопрос, который должен решать украинский парламент. И это вопрос коллективного решения. Резолюция в данном случае носит рекомендационный характер. Это была поправка, инициированная Новинским (нардепом «Оппозиционного блока». – Ред.). Она прошла с небольшим преимуществом. Исключительно, потому что для Запада любое упоминание Минских соглашений – это уже как мед для пчел. Поэтому в данном случае мы просто объяснили нашим коллегам, что нынешняя редакция закона является одной из наиболее возможных на сегодняшний момент. Другого и быть не может.

— Заместитель министра по оккупированным территориям Георгий Тука после принятия закона о реинтеграции заявил, что Украина уже в этом году сможет вернуть Донбасс. У вас есть такие оптимистичные ожидания?

— Я не сторонник таких дальновидных прогнозов. Понимаете, это может быть, а может и не быть. Вы хорошо понимаете, что ключ от мира на Донбассе у Путина. Многое будет зависеть от того, как он воспримет результаты выборов. Какими они будут для него. Ясно, что у Путина есть максимальные шансы на переизбрание. И это уже стало, в принципе, основанием для большого количества шуток и анекдотов. Но для него важен уровень поддержки, которую он получит. Здесь как раз проценты имеют значение!

Уже от этого будут зависеть его действия. Путин – человек очень жесткий, он может прибегнуть и к серьезным вещам. В том числе к эскалации конфликта. Ведь каких-то ограничителей для этого человека нет. Это новейший диктатор. Я считаю с 2008 года, что это перевоплощение Гитлера. Да! Но уже в современных условиях.

Уверен, абсолютно, проблемы еще будут. Тем более, что в России готовятся к большой войне. Там уже говорят: не если до 2023 года будет война, а когда будет большая война! Вопрос только в том: где будет театр боевых действий. И Украина для этого не выглядит привлекательной территорией. Поскольку она показала способность защищаться. А театр военных действий будет там, где население не способно на сопротивление.

— Где именно? Со стороны Китая? Но ведь они, похоже, готовы еще больше, чем мы, отбить Россию?

— Я больше беспокоюсь о европейских странах. Тут как раз поведение польских политиков, которые сейчас делают все, чтобы инициировать и спровоцировать слабость Украины, является абсолютно безответственным. Мы просто уже научились. Украина сделала исторические уроки в наших отношениях, а Польша этого не сделала. Поэтому посмотрим.

— Будет ли на уровне ПАСЕ подниматься вопрос о непризнании выборов президента России, учитывая, что они будут на территории аннексированного Крыма?

— Да. Мы будем поднимать этот вопрос на уровне срочных дебатов. Но для начала мы посмотрим, как эти выборы пройдут. Мы проанализируем ход голосования. А затем будем поднимать вопрос о срочных дебатах в ПАСЕ о непризнании выборов.

— Какими будут последствия для России, если ПАСЕ примет резолюцию о непризнании выборов Путина?

— Ну, вы понимаете, Россия всегда пытается нигилистически относиться к любым резолюциям, которые ее не устраивают. В данном случае мы просто создадим дополнительный прецедент для международного права. И это потом будет использоваться как аргумент Украины в международных юридических учреждениях.