Является ли место в «черном списке» справедливым наказанием для артистов, гастролирующих по оккупированным территориям, какими образом украинцы способствуют пропаганде Кремля и как стоило бы с ней бороться. В новом интервью известный российский писатель-сатирик, радиоведущий и публицист Виктор Шендерович дал оценку конфликту Украины и России, прокомментировал последние выпады СБУ и поделился мнением, при каких условиях аннексированный Крым может снова стать украинским.

Так называемые «черные списки» и новые запреты СБУ на въезд в Украину российским артистам. Как человек, приближенный к сфере культуры, вы как относитесь к этим самым запретам?

Вы знаете, отношусь плоховато и к черному, и к белому. Мне кажется, что это все же вопрос не юридический, а этический. Пожалуйста, любые бойкоты, любое общественное давление по отношению к тем, кого общество считает своими противниками… Это нормально. Это вещь конфликтная, но понятная. Но когда это начинает носить юридический характер, когда это происходит за творчество номенклатурное, то я всегда против такого. Я и сам как фигурант «белого списка» ничего кроме неловкости не ощущаю. Мне очень приятно, что ко мне тепло относятся в Украине, когда был во Львове даже останавливали пожать руку, сказать какие-то слова благодарности, это приятно. Но когда меня Министерство культуры начинает повышать в звании, то я испытываю только неловкость.

А если говорить о гастролях в оккупированном Крыму? Именно по этой причине вынесли запрет Наташе Королевой, говорят о бойкотировании Кристины Орбакайте. По-вашему, это причина вводить запреты?

Ситуация, конечно, непростая, если говорить об оккупации, оккупированных территориях. Я прекрасно понимаю ее болезненность. Но ведь СБУ — это Служба безопасности. И какой опасностью может угрожать Королева или Орбакайте, я, честно говоря, не понимаю. Мне кажется, что здесь пиаровской и политической темы гораздо больше, безопасность здесь ни при чем. Естественно, это должны решать сами украинцы. Если вы спрашиваете мое мнение, мне кажется, что такого рода номенклатурные подвиги достаточно нелепы.

Не согласитесь ли с таким мнением, что артист имеет особое влияние на аудиторию и также в некотором плане может нести пропаганду? Так считает народный артист России Владимир Назаров, который назвал «черные списки» способом защиты от российской пропаганды.

Артист, безусловно, может быть орудием пропаганды и сплошь и рядом им является. Повторюсь, вопрос очень непростой, на каждый довод «за» может быть и довод «против». Но есть какой-то суммарный вектор. Возьмите Лени Рифеншталь, нельзя ее назвать просто кинорежиссером. С одной стороны она режиссер, а с другой — пропагандист Гитлера. И каким бы режиссером она не была, прежде всего, она пропагандист Гитлера. Истина конкретна. Я сейчас говорю только о том, что этому придается, как мне кажется, преувеличенное значение.

Понимаете, какая штука, если ты работаешь в СБУ, то противостоять российскому диверсанту, шпионам, российскому влиянию довольно трудно. Для этого нужны мозги, энергия, профессионализм. Для того, чтобы не пустить Орбакайте, мозгов и профессионализма не нужно. Этим ты как бы фиксируешь свой патриотизм и подчеркиваешь свою нужность. Но мне кажется, что я вижу какую-то диспропорцию между «угрозой», которую несет Кристина Орбакайте, «угрозой» в кавычках, и усилиями, чинами и зарплатами людей, которые ее не пускают. Мне кажется, что за такую зарплату можно было бы поймать диверсанта пострашнее, чем Кристина Орбакайте.

Какие в таком случае методы борьбы с пропагандой вы видите для Украины?

Я бы сказал, что с пропагандой нужно бороться правдой, а не ответной пропагандой. И в этом смысле пропагандисты всех стран стоят друг друга. Я как-то говорил, что никто так не помогает путинской пропаганде, как глупцы из проукраинской пропаганды. Именно самые агрессивные и нелепые высказывания с украинской стороны цитируются и помогают создать образ «бандеровской», «неадекватной» Украины. Мне кажется, что против российской пропаганды нужно бороться максимально корректной и точной правдой.

Очень многое завязано на Крыме. Все это время люди, политики ведут дискуссии на тему того, как вернуть полуостров Украине. Как считаете, удастся ли вернуть Крым?

Я не думаю, что у Украины в ближайшем будущем появятся экономические или военные возможности вернуть Крым. Думаю, что Крым будет вынуждено вернуть какое-то следующее российское руководство. Не буквально следующее, но какое-то из следующих руководств, которое также будет вынуждено восстанавливать свои отношения с миром. России придется договариваться с Западом, в условиях диалога будет возвращение границ.

То есть считаете, что нынешняя власть России мирным путем вернуть полуостров не согласится?

Разумеется, не согласится. Было бы странно, если бы она согласилась.

Дело в том, что Крым часто называли провальным сценарием для России, а недавно об этом заговорили и в Думе…

С самого начала это был пиаровский проект, рассчитанный на возбуждение ура-патриотизма, на повышение рейтинга. Ни на что более. В экономическом плане, конечно, это катастрофически провальный проект. В международном имиджевом смысле — провальный проект. Он провальный во всех смыслах, кроме пиаровского, кроме «великой России, встающей с коленей, возвращающей территории». И то, что он провальный, прекрасно понимают и в Думе.

После недавнего визита в Украину Борис Акунин выразил мнение, что не понимает, как вообще можно воевать с Украиной. Подобные действия беллетрист назвал «бредом». Как считаете, на чем основана война на востоке Украины?

Война на востоке Украины — это война, развязанная Путиным для своего рейтинга. Дальше эта машина начала, так сказать, вертеться сама. Огромное количество номенклатурного ресурса вбухали в эту войну, звездочки, погоны, финансирование… Понятно, что остановка этого проекта обернется обрушением какого-то количества карьер, изменением в потоках финансированием. И здесь же, помимо Путина, есть очень много людей, которые не заинтересованы в том, чтобы война продолжалась.

Среди числа заинтересованных оказались сотни артистов, деятелей культуры, которые, казалось бы, не имеют от этого прямой выгоды. Тем не менее они публично поддержали агрессию Кремля по отношению к Украине. Как считаете, действительно ли это такая искренняя поддержка политики Путина?

Совершенно разные причины заставляют какого-нибудь, скажем, Залдостанова, Кадырова, Бабкину, Газманова, Табакова поддерживать Путина. В диапазоне от вполне идиотического патриотизма, от романтиков, до конечных циников или прагматиков, которые решили, что они должны сохранить свой театр, свою больницу и так далее. Но это очень разные люди, очень разные случаи.

Последнее время мы слышим о ярлыках фашистов и нацистов, которые охотно вешаются на украинцев. При чем, по-моему, довольно часто их употребляют, не до конца понимая, уместны ли они. Как считаете, что наталкивает людей вспоминать о фашизме, нацизме?

Разумеется, в Украине, как и в каждой стране, есть националисты. Есть крайне правые, нацисты, скажем, люди крайне ориентированы на близкие политические позиции. То, что они не составляют большинства — безусловно. То, что этих людей использует кремлевская пропаганда в корыстных целях для запугивания россиян — безусловно. Чем меньше будет национализма в Украине, тем труднее будет путинской пропаганде.

Автор материала: Юрий Сомов