Эксклюзивное интервью министра инфраструктуры Украины Владимира Омеляна.

Приближаются инфраструктурные дни в парламенте. Расскажите, когда они планируются, и какие законопроекты будут вынесены на рассмотрение ВР?

Мы планировали инфраструктурную неделю на октябрь, по последней информации из Верховной Рады, ожидаем, что это будет в ноябре, я бы очень хотел 3 ноября, чтобы не затягивать.

У нас порядка 20 законопроектов, из которых, я считаю, минимум, 10 являются действительно ключевыми для отрасли. Это комплекс вопросов по автодорожному строительству, децентрализации «Укравтодора», созданию дорожного фонда, внедрению толлинга для автомобилей с иностранной регистрацией, в первую очередь, крупнотоннажных, штрафы за перегруз. Также это комплекс вопросов по внутренним водным путям. Если нам удастся принять этот перечень законов, я думаю, мы сделаем существенный прорыв и значительно облегчим перевозку грузов по внутренним водным путям, что, в свою очередь, разгрузит украинские дороги, облегчит работу «Укрзализныци», которая пребывает в не самом лучшем состоянии.

Это также будут вопросы, которые идут навстречу обществу, это вопросы электронного билета, закон о такси. Надеемся также доработать и внести закон о парковке.

Хотел бы отдельно указать закон о железнодорожном транспорте: если мы его проголосуем, это будет прорыв для «Укрзализныци», для комфорта, безопасности, качества для пассажиров железнодорожного транспорта, а также для грузовых компаний, у которых будет хороший выбор на рыночных условиях и скорость доставки.

Итак, самый основной, по объему отрасли, законопроект о ж/д транспорте. Каковы его основные новеллы? Что изменилось по сравнению с предыдущими версиями документа?

Это то, что мы открываем доступ частным операторам к тяге, то есть собственники локомотивов могут полноценно работать на «Укрзализныце». Железнодорожная инфраструктура, в любом случае, остается в собственности государства, «Укрзализныця» и государство получают справедливый тариф за пользование инфраструктурой, это возможность для государственно-частного партнерства.

Также это возможность введения удобных комфортных поездов, так как есть компании, которые готовы работать на украинском рынке в контексте пассажирских перевозок, мы видим, что спрос большой и загрузка поездов бывает более 80%. Это существенный шаг вперед для всей отрасли, мы привлечем оборотный капитал, инвестиции. «Укрзализныце» будет нелегко, но будет создаваться конкурентная среда, и она должна выжить за счет этого.

Говоря о пассажирских перевозках, вы имеете в виду заинтересованность частных операторов?

Да, мы анализировали ситуацию в европейских странах, их опыт положительный. Те операторы, которые появлялись на отдельных рейсах, брали одно-два направления и были эффективнее государственных, представляли лучшие услуги за меньшую цену. В случае Украины, я не думаю, что цена будет меньше, но услуги точно будут лучше, путем закупки новых поездов, современных, комфортных, где не надо бороться с туалетами и окнами.

Из каких стран могут прийти такие компании?

Думаю, что здесь может быть синергия частного украинского капитала и иностранного, это решит рынок.

Как будет решаться вопрос с монетизацией льгот, и остался ли он в законопроекте?

С монетизацией льгот у нас отдельная головная боль и я хочу, чтобы немного стабилизировалась работа на железной дороге, чтобы мы провели отдельные встречи с областями, губернаторами, проговорили этот вопрос. Если мы хотим иметь качественное сообщение электричками, подвоз к большим городам-хабам, мы должны совместно работать над этим. Не может быть такой ситуации, когда мэры городков или районов не согласовывают повышение тарифов, потому что это будет мешать их политическому имиджу.

Будем говорить откровенно, в такой ситуации электрички просто исчезнут в ближайшие годы, как класс.

По вашему мнению, будет ли принят этот законопроект, ведь он несет много изменений для рынка, которые не каждому понравятся?

Мы хотим, чтобы он был проголосован, мне не хотелось бы проводить 10 инфраструктурных дней в парламенте. У нас должен быть пакет законов. По нашим подсчетам, если мы его протягиваем полностью, плюс закон о концессии, мы можем смело говорить, что через определенный период времени, когда законы вступят в силу и будут работать, это плюс $10 млрд инвестиций, это минимум 100 тыс. новых рабочих мест и.т.д. Это вещи, которые влияют на рост экономики, благосостояние населения.

Поговорим также в целом о железной дороге, безотносительно нового законопроекта. Какие основные проблемы в работе отрасли на сегодняшний день вы видите?

«Укрзализныця» – это полувоенная структура, в которой очень высокий внутренний дух людей, которые привыкли получать команды. Тут нужно показать, что управленческая структура жесткая, но она работает эффективно. У нее есть видение, и те, кто отдает команды, разбирается в ситуации до деталей. С этим есть некая проблема на сегодняшний день, типичная в том случае, когда мы опыт европейских компаний переносим на украинскую почву, с надеждой, что у нас безупречно работают антикоррупционные органы, что есть четкая государственная вертикаль. Но когда работает он не совсем правильно, европейский опыт не дает необходимого эффекта.

Это понимает и руководство «Укрзализныци», в ближайшее время оно внесет некие корректировки в свой операционный план, и мы сможем получить результат.

Справляется ли со своими задачами глава «Укрзализныци»? Что вы требуете от него в ближайшее время?

Ему очень сложно. Он старается. Те задачи, что мы поставили перед ним, это четкое видение работы на короткую перспективу, плюс стратегическое видение на годы. До конца мы этого еще не получили, но мы совместно над этим работаем, реагируя в формате пожарной команды, на те или иные текущие вызовы. К сожалению, определенный период был упущен, а «Укрзализныця» такая структура, где нужно быть начеку постоянно.

Я надеюсь, что мы ситуацию стабилизируем, мы общаемся с бизнесом, проводим встречи с ассоциациями экспортеров, зерновиков, металлургов, регулярно встречаемся с руководством «Укрзализныци» для того, чтобы было ощущение реальности.

Стратегические вещи, которые я требую, и которые напрямую влияют на экономическую ситуацию в Украине, это пятилетний план модернизации инфраструктуры, локомотивной тяги, вагонного парка, пассажирских поездов. Это не только вопросы самой «Укрзализныци», это нужно и бизнесу, который тоже делает прогнозы для своего развития. Не может быть такого, чтобы «Укрзализныця» жила сама по себе, все это имеет непосредственное влияние на экономику страны, об этом откровенно говорит бизнес, который имеет осложнения с перевозками, об этом откровенно говорим мы, это понимает «Укрзализныця».

Недавно Войцех Балчун рассказа о фактах некой «эпидемии панкреатита» в «Укрзализныце», касающейся массового скрывания на больничных лиц-кандидатов на увольнение. Может ли министерство помочь в этой ситуации?

Министерство дает карт-бланш на любые кадровые назначения или увольнения. Ни оного права вето с нашей стороны нет, так же нет его и со стороны наблюдательного совета «Укрзализныци». Все негодные люди могут быть уволены в одну секунду и, на самом деле, при желании, это можно делать. Формально можно делать это до бесконечности, вести судебные тяжбы, но есть много других бюрократических хитростей, как назначить необходимого человека или как заставить меняться эту систему.

Вопрос здесь в качественном новом наполнении «Укрзализныци», и тут я обращаю внимание, что это должны быть самые лучшие менеджеры в Украине, которые работают с «Укрзализныцей». Это то, что сделал Игорь Смелянский в «Укрпочте», он собрал команду всех звезд и, думаю, «Укрпочта» в ближайшие полгода даст сильный результат.

«Укрзализныця» должна пойти по этому пути, у нас не может быть людей-no-name, или людей по рекомендации, это должны быть профессионалы, которые давно работают в соответствующих сферах: юридической, аудиторской, железнодорожной, логистической, маркетинговой. Я бы хотел, чтобы это были украинцы.

Кроме того, у нас есть необходимость обратить внимание на среднее звено железнодорожников, оно не настолько коррумпировано, как верх, это люди, которые мотивированы, готовы работать, и умеют работать, им не нужно много времени на адаптацию, только полномочия и прозрачная политика руководства «Укрзализныци».

Между тем, кого бы не назначили, это не является 100%-й гарантией успеха. Мы всегда ожидаем супергероев, которые с первого дня изменят страну, но таких не бывает. Бывают и ошибки в кадровой политике, бывает, что выпускник лучших университетов с опытом работы в мировых компаниях оказывается абсолютно негодным для «Укрзализныци».

В вопросе грузоперевозок, как вы оцениваете ситуацию, и как будут решаться проблемы нехватки подвижного состава?

Коротко – это бардак. Это проблема, в первую очередь, управленческого характера. Во-вторых, не менее важна проблема морального износа всей инфраструктуры и подвижного состава. Третье – неблагоприятное стечение обстоятельств. Мы поздно начали накапливать уголь на складах, это забрало часть локомотивной тяги, это совпало с ростом объемов строительства и ремонта дорог, из-за чего выросла потребность в перевозках низкорентабельных грузов, таких, как щебень. Это также совпало с пиком перевозок зерновых, хоть это и было прогнозируемо, и, безусловно, хронический вопрос, каждый руководитель «Укрзвализныци», вступая в должность, встречается с саботажем низшего уровня структуры, а также олигархов, «смотрящих», «подсматривающих», которые крутятся вокруг. Они не хотят изменений, они хотят, чтобы все было, как когда-то, и любую реформу расценивают как схему, альтернативную их заработку. На это нужно время. В любом случае, вопрос грузоперевозок будет решаться.

Все-таки, будет повышение тарифов на ж/д в следующем году или нет?

Я противник повышения тарифов до очищения «Укрзализныци». Я хочу видеть эффективную и прозрачную структуру, и тогда мы сможем говорить с обществом о том, что себестоимость такова, цена такова, хотите иметь комфортные поезда с кондиционерами, wi-fi? – Это стоит столько-то. Вы готовы платить больше? – Мы это сделаем.

В противном случае, без реального понимания структуры тарифа, без понимания себестоимости перевозок, без наведения порядка, особенно в коррупционной части, повышать тарифы некорректно по отношению к бизнесу. Мы еще не создали дополнительный продукт качества, с которым имеем право требовать больше денег.